Попаданец - лучшее

Вот этими важными, если не сказать, критически важными делами Лиза и занималась все последовавшие за ее прибытием на «Архангельск» одиннадцать дней.

Учебные тревоги, проверки готовности служб, селекторные совещания и беседы тет-а-тет с личным составом… Учет запасов и их пополнение, решение технических и дисциплинарных проблем… Да мало ли дел у командира авианосного соединения, готовящегося к наступательной операции в направлении «куда прикажут». А командование, – что неудивительно – карт своих до времени не показывало, плотно прижимая их к собственным орденам. И неспроста. Засечь себерские резервы противник, может быть, и мог, но вычислить, куда себерцы нанесут свой удар, наверняка затруднялся. Командиры кораблей и сами терялись в догадках. Что уж говорить о киевских или польских шпионах!

– Ну, говори уже, Суровцев, не томи! – потребовала Лиза, уловив в голосе лейтенанта неприкрытое торжество.

– Пруссия вступила в войну!

– Ух ты! – непроизвольно вырвалось у Лизы. – Надеюсь, на нашей стороне?

Могла бы и не спрашивать, Берлин мог вписаться за Варшаву только в силу невероятного стечения обстоятельств. Но, поскольку чудес на свете не бывает, германцы наверняка решили, что настало время для восстановления исторической справедливости. Дело в том, что тридцать лет назад – на пике своего могущества – Польское королевство разгромило Прусский союз и завладело Восточной Померанией и Вармией. Теперь же королевство Пруссия, возникшее на руинах Прусского союза, намеревалось возвратить утраченные земли, нанося удар из крепостей Мариенбург и Эльблонг на Данциг и из Колберга на Гдинген. Эта операция должна была восстановить непрерывность прусской территории, что означало, в свою очередь, что германцы отсекают поляков от Балтийского моря. Для себерцев, однако, это был долгожданный второй фронт, который – при любых обстоятельствах – оттягивал на себя значительную часть польской армии.

– В связи с этим, – закончил свой доклад начштаба группы капитан 2-го ранга Измайлов, – Адмиралтейство приказывает нам быть готовыми к развитию ситуации в условиях тактической неопределенности. Наша эскадра будет введена в бой там и тогда, где и когда возникнут условия для прорыва. В соответствии с этим мы будем оперировать во взаимодействии с одной из трех сухопутных армий, – повернулся он к карте и, не глядя, ткнул указкой куда-то северо-западнее Москвы. – С третьей ударной, которая может наступать или в направлении Вязьма – Рославль, с целью окружения Руднинской группировки противника или по линии Вязьма – Брянск с выходом во фланг Калужско-Тульской группировки.