Попаданец - лучшее

Мгновение-другое он пребывал, что называется, в поиске, но, в конце концов, уставился на Лизу и отдал честь.

– Господин полковник! – вскинула руку к козырьку Лиза.

– Вы командир Браге?

– С утра была… Что-то не так?

– Простите, командир! Я думал, вы мужчина.

– Не извиняйтесь! – отмахнулась Лиза. – Я тоже так думала, пока с мужем не развелась.

– Что, простите? – Рощин явно не поспевал за ходом ее мысли.

«Ну, вот! А говорили кремень. Любого можно укоротить, знать бы только, как».

– Это я так пошутила! – Лиза улыбнулась, но улыбка, похоже, вышла невеселая, потому что полковник закаменел еще больше. – Но к делу! Кто пойдет на «Вологде»?

– Зависит от того, сколько народу вы можете взять на борт.

– Как думаете, Сергей Мартынович, человек двести примем на борт?

– Двести? – засомневался старпом.

– Сгрузим часть боезапаса, – предложила Лиза. – Опять же, если сдвинуть технику к задней стене, можно и в ангар.

– Значит, двести? – подытожил Рощин. – А как будем высаживаться? Вы же крейсер, а не десантный транспорт.

– На канатах и в грузовых сетках, – пожала плечами Лиза. – Другого варианта не вижу.

– Семь-восемь метров.

– Терпимо! – кивнул полковник. – Тогда пойдет усиленная рота, ну и я с ними.

– Это хорошо, – Лиза сказала это просто так, не задумываясь. Думала она совсем о другом.

– Что же здесь хорошего? – полковник смотрел ей глаза в глаза. Холодный, тяжелый взгляд. Давит и спрашивает. Кишки на руку наматывает.

«Смертник… А мы тогда кто?»

– У вас карта-трехверстка есть?

– Есть, а вам зачем?

– Не знаю пока, но может пригодиться.

– Справитесь? – вдруг спросил Рощин, не переставая давить взглядом.

Спросила и спросила, эка невидаль! Надо же поддерживать разговор.

– Нам, как я понимаю, придется идти под огнем…

– И что? – удивилась Лиза, возвращаясь из своего далека в этот мир «здесь и сейчас».

– Под огнем многое меняется, – пожал плечами Рощин.

– Карта при себе, или за ней сходить придется?

– Придется сходить, – кивнул Рощин. – Пойду, подготовлю своих людей. Когда примете на борт?

– В 11.00. – Лиза прикинула, что позже могут не успеть, а раньше – понапрасну мариновать десантников.

– Принято! – бросил Рощин руку к козырьку. – Я вернусь через полчаса.

– Что он о себе возомнил? – бросил в воздух старший артиллерист.

– Ничего особенного! – отмахнулась Лиза, снова возвращаясь к своим трудным мыслям. – Это их повседневная форма… поведения. У меня брат командир гвардейского полка. Я знаю.

«Брат? Вот уж, прости господи, придет же такое в голову! Брат! Впрочем…»

Грине, как и Рощину, в эту ночь выступать. Бог весть, где. И неизвестно еще, как оно все образуется. Ей самой тоже ведь эту ночь, скорее всего, не пережить.