Попаданец - лучшее

Соломенная крыша на деревянных столбах, плетеная мебель, негры в белых фартуках, горячая фейжуада – черные бобы, запеченная свинина, колбаски, мука маниоки и, черт знает, что еще – в глиняных горшочках, «кузиду португезе» – мясное ассорти по-португальски и много-много молодого «винью верде» – зеленого вина из провинции Минью. Это был просто праздник живота, никак не меньше. И в довершение гастрономического разгула черный кофе – бразильские сорта, – миндальное печенье со сметаной и египетские папиросы.

– Здравствуйте, Лиза!

«Вот только вас мне для полного счастья и не хватало!»

Около ее столика стояли Нольфы, папенька и доченька.

– Я, собственно, хотел бы вас поблагодарить, Лиза. – Было видно, говорить профессору мучительно трудно, но он тем не менее справлялся. – Полковник Штоберль был так любезен, что передал мне суть состоявшегося между вами разговора. Вывод очевиден, своими жизнями мы с Мари обязаны вам.

Мари молчала. Бледная, несмотря на жару, унылая, словно ниенская осень, она явно не находила слов. Отдувался папенька.

– Видите ли, профессор, – Лиза решила не вставать, говорила сидя, – вы, конечно, не такой подонок, как ван Россом. Скорее всего, вы бы нас не убили, но кинули бы непременно. Поэтому вы и ваша дочь мне омерзительны. Люди, чье слово ничего не значит, представляются мне потерянными для общества. А спасла я вас из личных соображений. Во-первых, чтобы грех на душу не брать, а во-вторых… Во-вторых, это не в моем стиле – подставлять ближних или дальних…

На самом деле имелась еще одна – третья – причина. Нольф и его дочь – свидетели. Могут пригодиться, когда и если она возьмется за лорда Диспенсера и капитана ван Россома.

– Тем не менее я ваш должник, – сухо поклонился профессор Нольф и поставил на столик перед Лизой хьюмидор средних размеров. – Лучшее, что мне удалось найти в этой дыре. Испанский кедр, сигары «Карл Первый». Просто презент.

– Просто презент, – кивнула Лиза.

– Мы возвращаемся в Брюссель, – Нольф смотрел на нее со странным выражением, словно хотел что-то добавить, но сомневался, стоит ли. – Так что, если я вам понадоблюсь, вы знаете, где меня найти. Честь имею!

«Как же! Имеешь ты честь!»

Они уже отошли от ее столика на несколько шагов, когда неожиданно вернулась Мари.

– Извините, Лиза, что молчала! – сказала она каким-то напряженным надтреснутым голосом. – Трудно признавать свое поражение, знаете ли… Но… Лиза, ответьте, пожалуйста, на один вопрос.

– Да? – подняла бровь Лиза.

– Мой блокнот, тот, что вы нашли в каюте…

– Кто-то вырвал из него несколько страничек.

– Что-то ценное? – равнодушно пыхнула папиросой Лиза.

– Даже и не знаю, – пожала плечами Мари и вдруг пошла красными пятнами. – У меня была гипотеза, но… Похоже, на бриге кто-то ее разделяет.