Попаданец - лучшее

Во всяком случае, когда он ее, наконец, отпустил и, отступив назад, продолжил разговор, голос у него предательски подрагивал.

– Я не вижу здесь доктора, – сказал оружейник, оглядев вставших при его появлении людей. – Он вас не нашел?

Из этого вопроса с очевидностью следовало, что кто-то из дам сюда все-таки добрался. Возможно даже обе. Однако рассказывать о том, что произошло между нею и Тюрдеевым на берегу Мосезе, Лизе не хотелось. Начнешь говорить, возникнут вопросы. Одна ошибка потянет за собой другую, а там, глядишь, придется рассказывать и про афаэр. Однако о том, что этот таинственный артефакт существует, знают пока немногие. А о том, что он находится у Лизы, не знает вообще никто. Зачем же ей самой усложнять себе жизнь? Она – ее жизнь – и так уже усложнилась до крайности.

– Нет, – покачала головой Лиза, – не нашел. Его нашла я.

Она вынула из кобуры и, показав оружейнику «горбатов» Тюрдеева, тяжело вздохнула, причем совершенно искренно. Ей до сих пор было горько и обидно вспоминать, чем закончились такие красивые, как ей казалось, отношения с доктором. Увы, он оказался тем еще говнюком, но и об этом упоминать не стоило.

– Доктор сорвался со скалы и свернул себе шею, – «объяснила» она после паузы. – Я наткнулась на него случайно. То есть не на него, разумеется, а на тело. Но он был уже давно мертв… Сам понимаешь, Бейли, зрелище не для слабонервных! Я сложила могилу из камней, но это животных, скорее всего, не остановит. А копать мне было нечем. Разве что топориком…

Свой бронзовый топор Лиза, по здравому размышлению, оставила в джунглях. Он единственный указывал на то, что она нашла сокровища Кано. Афаэр скрыть было легче, да и кто его видел? Мари? Ну, так перед Мари Лиза догола раздеваться не собиралась.

– А остальные? – спросила она, меняя тему разговора.

– Рейчел и Варза здесь! – кивнул оружейник. – И еще кое-кто! Но об этом позже, кэп. А пока представьте нас своим новым друзьям!

Бейли явно не хотел говорить при свидетелях, и был прав. Меньше узнают, меньше расскажут другим, если их вдруг об этом спросят.

Начались представления, но, проявляя осторожность, обе стороны демонстрировали всего лишь учтивую сдержанность и были, разумеется, правы. Каждый, глядя со своей колокольни, видел в другом незнакомца, намерения которого неизвестны, а возможно, и опасны. Поэтому сразу после знакомства Монтанелли вежливо, но недвусмысленно предложила «разойтись миром». Паганель кивнул, соглашаясь, и посмотрел на Лизу.

– Пару слов наедине, капитан?

– Да, пожалуй, – согласилась она и первой пошла от костра в сторону воды.

Поверхность озера чуть серебрилась в свете ущербной луны. Рассеять ночную тьму это сияние, разумеется, не могло, но позволяло худо-бедно ориентироваться на берегу.

– Утром мы уйдем.