Попаданец - лучшее

– Уже сделаны и опробованы новые автоматические пушки, бьющие на полторы версты. Так что, кто кому нанесет удачный удар, еще посмотрим.

– Гх-м. – Михайло III задумчиво пошевелил бумаги на столе. – Неожиданно. У господ советников есть что добавить?

– Да, государь. – Князь Юсупов поклонился. – Предлагаю передать подготовку экспедиции вашей личной канцелярии, так как мы обладаем всем комплексом сил и средств для организации данного предприятия. Кроме того, мы можем организовать перестройку Руси под проведение операции и соблюсти нужную степень секретности.

– Это здесь все могут, – как-то невесело произнес государь и обвел взглядом присутствующих. – Так. Предлагаю встретиться завтра в это же время – для окончательного обсуждения вопроса. Подготовьте свои соображения и возражения, если, конечно, таковые случатся.

Все встали и потянулись к выходу. Горыня уже подходил к дверям, когда в спину ему прозвучало:

– Княжич, останьтесь.

И тон, которым это было произнесено, не предвещал ничего хорошего, но Горыню почему-то никак не впечатлило. Начальственная любовь и ненависть беспокоят только в первые десять лет службы, а после тебе уже практически все равно, если, конечно, целью жизни не стоит занять почетную должность главного подлизывающего.

– Государь? – Горыня остановился возле рабочего стола монарха и, увидев, как тот нетерпеливо взмахнул рукой, сел на стул рядом.

– Княжич… – Самодержец был явно не в своей тарелке. Руки суетливо перекладывали документы с места на место, а глаза не смотрели прямо. – Хочу задать вам личный вопрос и попрошу на него ответить, даже если он покажется вам странным. – Михайло III помедлил и наконец выдал: – Что у вас с Анной?

– Ничего, – спокойно ответил Горыня. – Мы и не общались с тех пор, как она поблагодарила меня за спасение. Несколько раз меня сопровождали дамы из ее окружения, но только на публичные мероприятия и только по своей собственной инициативе. Собственно я бы и не ходил с ними никуда, но посчитал, что это будет крайне невежливо. Но в общении вел себя с соблюдением всех правил этикета и вежливости. Если беседы, то лишь на приличествующие темы, и даже перчатки никогда не снимал.

– Да верю я вам! – Государь с хлопком закрыл лежавшую перед ним папку. – Только все в окружении княжны Анны считают, что это я запретил вам оказывать ей знаки внимания и любви, которую вы к ней тайно питаете.

– Государь… – Горыня уверенно посмотрел на монарха, – я вроде не давал никаких поводов так считать.

– А и не нужно! – Михайло III встал и в волнении начал мерить шагами кабинет. – Начитаются всякой ерунды, вот и лезут им в голову мысли всякие. – Как же, светлый воин Рода, спас царевну, рискуя своей жизнью…

– Ну, честно говоря, так оно и было.