Попаданец - лучшее

– Это ездит? – Горыня осторожно сел в кресло, неожиданно оказавшееся очень удобным, и посмотрел на место водителя, с несколькими рычагами, какими-то рычажками и большим рулевым колесом.

– И вполне прилично, хочу заметить. – Князь что-то потянул, подвинул, покрутил и через секунду мотор неожиданно громко рыкнул мощным басом, и, развернувшись, коляска медленно покатила между карет, ожидавших своих сановных пассажиров. – Сейчас выйдем на дорогу и прибавим, – громко произнес Дмитрий Николаевич, ловко управляясь с рычагами и кулисами.

Доехали действительно быстро. Автомобиль на Царской дороге разогнался километров до сорока, и уже через час они подъезжали к огромному московскому особняку князя.

Тяжелые кованые ворота распахнулись, словно сами собой, и машина, пофыркивая, лихо развернулась вокруг клумбы, замерла у входной лестницы.

Быстрым шагом Горыню протащили через анфиладу комнат, пока они не попали в большой кабинет, заставленный книжными полками, скромно стоявшим у стены кульманом и действительно монументальным столом площадью около двух квадратных метров.

– Осип! – крикнул Кропоткин.

– Ваше сиятельство? – Пожилой слуга просунулся в двери с вопросительным выражением на лице.

– Тащи там… закуски, выпить чего… ну, сам сообрази.

– Сделаю, ваше сиятельство. – Кивнув, слуга удалился, и, чуть приглушенные дверьми, раздались четкие военные команды.

– А это… – Горыня подошел к кульману и с удивлением стал рассматривать чертеж. – Никак двигатель?

– Да, корабельный дизель нормальный задумал. Но пока все упирается в нефтепереработку. Очень медленно растет выработка и глубина. Да и доставлять целая морока. – Князь с некоторой отрешенностью наблюдал, как меж двух кресел появился столик, а на нем тарелки с закусками и чуть запотевший графин водки, прозрачной, словно родниковая вода.

– Ну, давай за встречу, хронопришелец. – Они чокнулись рюмками и, вбросив в себя первую, неторопливо и синхронно, словно репетировали, втянули воздух через нос.

– Узнаю школу! – Кропоткин расхохотался и снова разлил. – Давно здесь?

– Года нет еще. – Горыня улыбнулся и поднял рюмку. – Давай за Рода да за родителей.

– Это хороший тост, – произнес с узнаваемым грузинским акцентом Кропоткин и махом выпил вторую.

Теперь оба стали неторопливо закусывать, перемежая ломтики острого мяса с нежнейшей осетриной.

– А я здесь больше полусотни лет, – разоткровенничался Дмитрий Николаевич и вздохнул. – Временами так тяжело было, что и представить себе не можешь. Ничего не было. Станки – полное убожество, измерительного инструмента нет, да и системы мер – тоже. Куда ни сунешься, везде дырка. Ладно, хоть в отпрыска именитого рода попал.

– А как тебя угораздило?

– Да как… – Князь невесело рассмеялся.