Лучше подавать холодным

Монца не могла понять, почему не заметила ее сразу, и рассердилась на себя.

– Вы кто? Акробатка?

– О, ничего столь романтичного, как акробатка. Я – Восточный Ветер. Можете думать обо мне, как об одном из множества пальцев Божьей правой руки.

– Жрица, судя по всему этому вздору?

– О, ничего столь скучного и пресного, как жрица. – Она закатила глаза к потолку. – Я – пылкая верующая, по-своему, но мантию носить, благодарение Богу, могут только мужчины.

– Агент гуркского императора.

– Агент… звучит слишком уж закулисно. Император, Пророк, церковь, государство… Я бы назвала себя скромным представителем Южных сил.

– Что для них Стирия?

– Поле битвы. – Ишри широко улыбнулась. – Гуркхул и Союз могут быть в мире, но…

– Сражение продолжается.

– Всегда. Союзники Орсо – наши враги, поэтому его враги – наши союзники. Нас объединяет общее дело.

– Падение Орсо, великого герцога Талина, – проворчал Рогонт. – Дай-то Господи.

Монца презрительно усмехнулась.

– Ха. Вы теперь молитесь Богу, Рогонт?

– Всякому, кто услышит, и от всей души.

Гурчанка выпрямилась, поднялась на носки, потянулась, вскинув вверх руки с длинными пальцами.

– А вы, Меркатто? Не являетесь ли вы ответом на отчаянные молитвы этого бедного человека?

– А он, возможно, – на ваши?

– В сильных мира сего я разочаровывалась часто, но не теряю надежды.

– Вряд ли вы будете первым другом, которого я разочарую. – Рогонт кивнул в сторону карты. – Меня называют графом осторожности. Герцогом проволочек. Принцем благоразумия. Станете вы, несмотря на это, моим союзником?

– Взгляните на меня, Рогонт, я почти в таком же отчаянном положении, как и вы. «Великие бури, – писал Фаранс, – приводят нежданных спутников».

– Мудрый человек. Чем я могу помочь, в таком случае, моей нежданной спутнице? И, что еще более важно, чем она может помочь мне?

– Мне нужно убить Карпи Верного.

– И зачем нам смерть вероломного Карпи? – Ишри, не спеша сделав несколько шагов вперед, лениво наклонила голову набок. Потом ниже, и еще ниже… видеть такое и то было неловко, не говоря уж о том, чтобы сделать. – Разве в Тысяче Мечей нет других капитанов? Сезарии, Виктуса, Эндиша? – Угольно-черные глаза ее были пустыми и мертвыми, как расписные эмали глазных дел мастера. – И никто из этих печально знаменитых стервятников не займет принадлежавшее вам ранее кресло, спеша попировать на трупе Стирии?

– И мне придется продолжить свой утомительный танец с новым партнером. Я выигрываю всего лишь весьма короткую передышку.

– Верность этих троих Орсо не простирается дальше собственного кармана. Их достаточно легко было уговорить предать Коску в моих интересах и меня – в интересах Карпи. Главное – сойтись в цене.