Испытание Виктории (ЛП)

 — Доктор Магнес считает, что легкие мамы достаточно чисты, и никаких проблем больше не будет.

— Когда? — глаза Бретта были полны волнения.

— Как только мы тебя подготовим. Я получу три кресла, и мы пойдем.

— Кресла? — удивился Питер.

— Чтобы переместить вас. Ваша каюта рядом с каютой адмирала, это очень далеко.

— Я сам могу ходить! — возразил отец.

— Папа, я понимаю, что ты становишься сильнее, но если ты пройдешь весь путь, это истощит тебя. А как ты будешь помогать маме? — быстро вставила она.

— Питер, позволь Тори разобраться с этим, — взгляд Синди был настойчивым. — Она знает, что делает, ты должен ей доверять, — Питер смотрел в дорогие его сердцу глаза. Глаза, которые с каждым днем наполнялись силой, благодаря усилиям его дочери.

— Виктория, мы сделаем все, что ты считаешь нужным.

— Хорошо, три кресла на подходе

* * *

— Охрана на месте, коридоры «Возмездия» очищены для передвижения королевской

семьи в покои сановника! — доложил адмиралу начальник охраны.

Адмирал вручил Виктории коды безопасности.

— Ты знаешь, как их изменить?

— Да, адмирал.

— Мистер Чемберлен, мадам Чемберлен. Надеюсь, вам здесь будет удобно, пока вы не переберетесь на Кариниана. Тори, если что-то понадобится, дай знать.

— Хорошо, спасибо.

Кивнув, Куинн Тар удалился.

* * *

Закрыв люк, Виктория обернулась и увидела три пары широко раскрытых, с изумлением и восхищением рассматривающих свое новое жилье.

— Тори, здесь так мило, — прошептала Синди. Девушка лишь усмехнулась. Если для них эта каюта уже слишком хорошо, что же будет, когда они увидят дворец?!

— Давай я покажу тебе спальню и ванную, а потом ты сможешь отдохнуть, если захочешь, до ужина, — закончив осмотр, Синди устроилась в мягкой постели, а Бретт развалился на огромном диване, Виктория повернулась к отцу. — А ты не хочешь отдохнуть?

Питер посмотрел на спящую жену, потом на дочь.

— Нам нужно поговорить, — решительно сказал он.

— Хорошо, пойдем в другую комнату.

Когда Питер закрыл за собой люк, Тори вопросительно подняла бровь.

— Что происходит с твоей матерью? — прозвучал неожиданный вопрос.

— Что? Папа, ты ведь присутствовал на каждом этапе ее лечения, ты знаешь, что происходит, — растерянные зеленые глаза смотрели на него.

— Нет, не то. Она что-то скрывает от меня, что-то, о чем ты знаешь.

— Папа, я не понимаю, о чем ты говоришь, — настаивала девушка.

— Вы двое спелись: дело во взглядах, в «девчачьих разговорах». Раньше она всегда была со мной откровенна, все мне рассказывала.

— Папа, это просто, — Тори покраснела. Как сказать отцу, что мама догадалась, что они занимались с Лукасом любовью?

— Что? — нетерпеливо потребовал Питер.

— Это было личное, женское. Просто у мамы давно не было женских разговоров.