Испытание Виктории (ЛП)

 — Мы живы только благодаря его мастерству!

— Виктория, не разговаривай так со своим отцом, — девушка мгновенно закрыла рот. Прошло так много времени с тех пор, как мама делала ей выговор.

— Бретт, — она посмотрела на брата. — Как ты себя чувствуешь?

— Уставшим.

— Давай я отведу тебя в твою каюту, и ты сможешь поспать. Папа придет в ближайшее время. Когда ты проснешься, мы перекусим. Хороший план?

— Да.

* * *"

"Вернувшись в жилое помещение, Виктория обнаружила, что ее мать уснула в объятиях отца. Она хотела убедить его поспать, но знала, что это бесполезно. Лукас тоже не лег бы спать, если бы она была больна. Выражение отцовских глаз говорило, что он готов к спору. Наклонившись, она поцеловала его впалую щеку.

— Ты нужен ей, папа, но ты нужен ей сильным, так что ты тоже должен поспать, — подхватив одеяло, она накрыла их. — Я лягу на другом диване. Если тебе что-нибудь понадобится, разбуди меня.

Питер смотрел на свою дочь.

— Неужели прошло девять лет? — его недоверчивый голос остановил Тори.

— Девять лет, четыре месяца, двадцать три дня, — глаза Питера расширились от ее ответа. — Это одна из тех вещей, которые навсегда запоминаются. Мы с тетей Кэсси всегда проводим этот день вместе, вспоминаем, рассказываем истории, мы никогда не забывали тебя, папа.

— Тогда почему ты так долго не возвращалась за нами?! — потребовал он.

— Я ничего не помнила, — глаза Виктории наполнились слезами. — Мне очень жаль, папочка. Я вспомнила о бункере только семь дней назад. Я не помнила, что дедушка посылал тебя туда.

— Как ты могла? — Питер зарычал, разбудив Синди.

— Питер, что случилось?

— Ты не будешь винить Викторию! — Лукас влетел в комнату и один взгляд на залитое слезами лицо Тори заставил его выругаться. — Ты не должен винить Викторию! — притянув ее к себе, он поцеловал ее в макушку. — Тебе было девять лет, Тори!

— Питер, о чем он говорит? — Синди наблюдала, как Лукас притянул Тори в свои объятия, защищая ее.

— Виктория забыла на девять лет, что папа отправил нас в бункер!

Лукас чувствовал, как Виктория съежилась в его руках.

— Ну, ты, сукин сын! — Лукас в ярости смотрел на Питера.

— Зачем ей вообще было знать, Питер? Она последовала за Кэсси.

— Я слышала, мама, я просто… Я не знаю, почему мне понадобилось так много времени, чтобы вспомнить.

— Стоп! — тон Лукаса был грубым, но прикосновения были мягкими, когда он поднял ее подбородок и заглянул в глаза. — Тебе было всего девять циклов, Виктория. Твой отец не имеет права судить, не зная, что тебе пришлось пережить!

— Питер, ты не можешь ее винить. Она была ребенком, — потребовала Синди.

— Кэсси не была, — упрямо повторял Питер, хотя с меньшим жаром.

— Она ничего не знала. Она до сих пор ничего не знает, — прошептала Виктория.