Испытание Виктории (ЛП)

 — Я… — Тори не находила нужных слов, поэтому стала действовать. Обойдя вокруг адмиральского стола, она крепко обняла его и нежно поцеловала в щеку. — Спасибо. Ты не должен был мириться со всем этим.

— Виктория, — Куинн осторожно обнял ее в ответ. — Надеюсь, я не оскорблю тебя, но у меня никогда не было дочери, и для меня будет честью назвать тебя своей дочерью. — Он увидел слезы в глазах девушки.

— Это честь для меня, Куинн, я просто благословлена любящими мужчинами.

— Ты это заслужила после Одрика, — ответил адмирал хрипло. — Майор, уведи Викторию. Вы оба свободны, пока Верховный адмирал принимает решение.

Лукас кивнул и приобнял девушку.

— Давай, Виктория, нам нужно идти, — его рука твердо лежала на ее спине. — Давай закончим с твоим переездом.

— Основное уже сделано.

— Виктория переезжает в твою комнату? — спросил Тар.

— Так и есть.

— Ты сделаешь это официально? — оба мужчины знали, что это защитит ее.

— Да.

— Хорошо. Я подпишу это. А теперь идите, у меня много работы.

— Спасибо, Куинн.

* * *

Всю дорогу по коридорам «Возмездия», Лукас обнимал Викторию. Он жаждал прикоснуться к ней, его волновала близость ее тела, и совсем не беспокоило, что кто-то увидит их и будут вестись всяческие разговоры. Это его женщина, его спутница жизни!

— Лукас, — девушка привлекла его внимание к себе, когда он слишком сильно прижал ее к своему боку.

— Не надо. Не проси меня оставить тебя в покое, — мужчина нахмурился, когда кто-то попытался их остановить. — Я не могу, — войдя в уже их каюту, он закрыл люк и притянул ее к себе, крепко обнимая.

— Ты действительно думала, что я отпущу тебя одну? — он прижал Тори к люку.

— Я совсем не думала об этом. Я не могла. Лукас. О Боже, — прижимаясь к нему, девушка начала дрожать. — Все произошло так быстро. Они живы, Лукас. Я знаю это так же точно, как то, что ты сейчас обнимаешь меня.

— Шшш… Все будет хорошо, — прошептал Лукас ей в волосы.

— Будет ли? Ты думаешь, твой отец согласится, что риск того стоит? Ведь я солгала дяде, Лукас, — изумрудно-зеленые глаза встретились с фиолетовыми.

— О чем ты солгала? Хватит! Не отстраняйся от меня! — его объятья стали сильнее. — О чем ты солгала?

— Для меня не имеет значения, что он решит, я все равно полечу. На «Фениксе», на «Спасателе» или на «Клинке», но я полечу.

— Виктория…

— Лукас, ты веришь мне, когда я говорю, что ты освободил мою душу, подарив мне свою любовь? — ее глаза умоляли о понимании.

— Да, — прошептал он.

— Тогда поверь, что если я хотя бы не попытаюсь выяснить это, моя душа умрет. Они живы. Я так же уверена в этом, как и в том, что ты любишь меня. И если я опоздаю…"

"— Мы не опоздаем, Виктория.