Укрощение Рики (ЛП)

Его начавшие опухать ягодицы пылали, как бордельные фонари, и Рики, почти ничего не соображая от боли, стонал, подвывал, брыкался и дергался в бесплодных попытках избежать уготованных ему хозяином мучений.

Наконец он дошел до грани отчаяния и совершил роковую ошибку, вонзив зубы в бедро Ясона. Блонди пришел в неистовство и, схватив пета за волосы, дернул его голову на себя.

— Как ты посмел?! — зашипел он. — Тома! Помоги мне установить в зале Т-стенд. Где там Катце?

— Он отправился за Дэрилом, хозяин, — ответил фурнитур и бросился выполнять приказ.

— Пожалуйста! — взмолился Рики, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Прошу, Ясон! Не надо меня на стенд! Умоляю! Прости меня! Я… не хотел тебя кусать, сам не пойму, как так вышло!

Некоторое время блонди рассматривал своего пета, потом кивнул.

— Ладно. У меня есть идея получше. — Он повернулся к Томе. — Принеси сюда веревки из верхнего ящика комода и кресло из библиотеки. И еще… найди мне игральный кубик.

— К-кубик?

— Шевелись, Тома!

— Слушаюсь, хозяин, — ответил фурнитур и помчался выполнять указания.

Он не заставил себя долго ждать. Ясон установил кресло в углу зала и указал на него монгрелу.

— Давай-ка, Рики, перегнись через спинку.

Пет неохотно подчинился, и Ясон привязал его запястья к ножкам кресла.

— Закрепи его лодыжки, — велел он Томе, который в растерянности застыл посреди комнаты.

Теперь пет оказался прочно зафиксирован в невероятно унизительной позе, с открытой для любопытных взглядов пламенеющей задницей. Держа лопатку обеими руками, Ясон добавил еще несколько мощных ударов, пока пет не взмолился о пощаде во весь голос.

— Ясон, прошу! — кричал он с лицом таким же красным, как и его ягодицы. — Пожалуйста, хватит!

— Хочешь, чтобы я перестал, да? А сам-то ты разве остановился? — припомнил ему блонди и еще разок-другой припечатал его несчастные тылы. Затем он оставил лопатку на сиденье кресла, прямо перед носом монгрела, чтобы тот волей-неволей был вынужден на нее смотреть. Сверху он положил восьмигранный игральный кубик, чем окончательно сбил пета с толку.

Вернувшись в любимое кресло, блонди с удовлетворением оглядел результаты своих трудов. Теперь пету найдется, над чем поломать голову… Задница Рики, багровая и опухшая, послужит для всего пентхауса убедительным символом власти и непререкаемого авторитета хозяина.

Востан улыбнулся, его глаза загорелись похотью.

— Если ты подойдешь и оседлаешь мой член, я отдам тебе половину моей империи, — прошептал он так тихо, чтобы его мог расслышать один лишь Ясон. — Я сейчас просто взорвусь.

Он еще немного раздвинул бедра и с видом искусителя принялся наглаживать свой пах. Ясон негромко рассмеялся и отвел взгляд.

— Я вовсе не собирался шутить, — чуть громче добавил командор.