Укрощение Рики (ЛП)

— Вот это называется «бешеный секс»! Думаю, стоит иногда переждать денек-другой, чтобы потом устроить такой фейерверк!

Ясон признал, что идея хороша, но был не готов отказаться от ежедневных постельных забав со своим петом, пусть даже воздержание и обещало впоследствии крышесносный оргазм.

— Может, и так, — прошептал он, — но ты мне нужен каждый день, Рики!

— Да знаю, — ухмыльнулся монгрел. — Ты ж без крепкого траха и до вечера не дотянешь! И как ты вообще жил до того, как встретил меня? Пялил других своих петов?

Ясон задумался, вспоминая долгие годы после разрыва с Раулем, когда он жил, как настоящий монах. Сколько петов за всё это время побывало в пентхаусе! Они появлялись и исчезали, один за другим, и, хотя Ясону всегда нравилось наблюдать за ними, он быстро уставал от их однообразных, словно расписанных заранее на бумаге спектаклей и предсказуемого поведения. Блонди менял их как перчатки, каждые несколько месяцев, и ему ни разу даже в голову не пришло, что с петом можно спать. Сама мысль об этом казалась абсурдной, и только появившийся в его доме монгрел сумел дать хозяину пищу для запретных фантазий.

— Нет, — ответил Ясон на вопрос Рики. — Я уже говорил тебе и повторю: ты был первым.

— Наверное, поэтому ты так любишь смотреть, — предположил монгрел. — Когда я здесь только появился, ты без конца заставлял меня дрочить.

Улыбнувшись, блонди снова предался воспоминаниям. Тогда он просто не мог отвести взгляд от Рики. Трущобный пет был совершенно не обучен и противился каждому приказу, зато его шоу отличались искренностью и доставляли хозяину неподдельное удовольствие. Почти сразу блонди захотелось узнать, каково это — спать с собственным петом.

— Ясон!

— Да, любовь моя?

— Ты обещал, что никогда не продашь меня. Твое обещание остается в силе?

— О, Рики! — прошептал блонди, обнимая его еще крепче. — Я скорее расстанусь с собственной жизнью, чем с тобой!

Монгрел улыбнулся и закрыл глаза. Не размыкая сплетенных рук, оба — и хозяин, и пет — погрузились в глубокий сон.

Омаки вернулся в «Башню» после того, как отвез Йоси в его квартиру в Эосе. Поездка вышла беспокойной — Йоси не сиделось на месте, то и дело раздавались его громкие восклицания и вопли восторга. Всё новые и новые обрывки воспоминаний всплывали на поверхность его сознания, распускаясь, как молодые побеги в весенний день, на благодатной почве пробуждающегося от долгой спячки мозга.

— Вот здесь Хейку попал в аварию! — вскрикнул он так неожиданно, что Омаки едва не постигла та же участь.

— Пожалуйста, Йоси, — нахмурился Омаки, — не пугай меня так! Мы оба разобьемся в лепешку.

— Извини. Но… я же прав, да?

Омаки кивнул.

— Верно.