Укрощение Рики (ЛП)

Из задумчивости его вывел смех Томы и Таи, потешавшихся над вечерним нарядом монгрела, точнее, над его отсутствием. Повернув голову, блонди увидел, как пет подходит к нему в чем мать родила."

"— Рики! — нахмурился Ясон, но тут же улыбнулся: взъерошенный красавец-монгрел никак не мог разлепить глаза ото сна.

Не говоря ни слова, Рики взобрался к хозяину на колени и прижался к его теплой груди. Несколько часов подряд его бил мучительный кашель, и теперь, когда он наконец прекратился, пет чувствовал себя как выжатый лимон.

— Мне нужна любовь, — через силу выговорил он хриплым шепотом.

Ясон снова улыбнулся и обвил его руками.

— Значит, моему пету нужна любовь… Придется его любить, деваться некуда! — ответил он. — Похоже, кашель уже не так сильно тебя донимает, да и силы к тебе возвращаются. Раньше ты едва на ногах стоял.

— Угу.

— Примерно через час получишь еще лекарство. А до тех пор, если не будешь ложиться, наверняка почувствуешь себя еще лучше.

Рики вздохнул, его клонило в сон.

— Тогда подержи меня как сейчас, хорошо?

— Конечно, любовь моя. Только если ты продолжишь сидеть голышом на моих коленях, это приведет… к определенным последствиям.

По правде говоря, блонди уже возбудился — горячее обнаженное тело монгрела вызывало у него вполне предсказуемую реакцию.

— И что? Подрочишь на меня еще разок, и дело с концом.

Блонди засмеялся и чмокнул Рики в макушку. Затем, охваченный внезапными нежными чувствами, еще крепче сжал его в объятиях.

— Ясон!

— Да, любовь моя?

— А что, по-твоему, будет, когда мы умрем?

Вопрос застал блонди врасплох, и он ответил не сразу.

— Ты думаешь об этом… о Кее?

— Ага, — признался Рики. — Как ты считаешь, где он сейчас?

— Нигде, пет, но, что касается его тела, оно, вероятно, всё еще в океане.

— То есть, ты хочешь сказать… Ты не веришь в то, что с нами что-то происходит? В смысле, после нашей смерти?

— А ты уверен, что хочешь узнать мое мнение?

— Уверен. Скажи!

— Ну, что ж. Я верю, что после гибели тела наша личность бесследно исчезает. После смерти нет ничего, там нас не встретят никакие боги, мы не будем бродить по далеким землям, не получим ни награды, ни наказания, не узреем истину и не попадем в рай. Есть лишь одна жизнь и одна окончательная смерть.

Рики помолчал. Взгляды Ясона его не слишком удивили, только вот картина вырисовывалась какая-то уж слишком мрачная…

— А Катце верит, что после смерти Астраджия заберет его в двадцать первое измерение.

Блонди снисходительно улыбнулся.

— Да, с верованиями Катце я знаком.

— А Таи, тот поклоняется Арме. Он говорит, что после смерти мы все снова растворимся в Арме — ну, или что-то в этом духе.

— С этим учением мои взгляды согласовываются гораздо лучше. Если заменить Арму на энергию, суть от этого не изменится.