Укрощение Рики (ЛП)

Схватив пета за бедра, блонди глубоко погрузился в него и от наслаждения на миг перестал дышать, преодолевая сопротивление плотно сжатых мышц. Энью закричал от мучительной боли, ему казалось, что огромный агрегат блонди разрывает его надвое.

Ясон низко застонал и полностью вышел из пета, затем встал поудобнее, пошире расставил ноги и снова ворвался внутрь до упора, за бедра натягивая на себя ксеронца, чтобы проникнуть как можно глубже. И так наконец Энью удостоился траха от своего нового хозяина-блонди.

Рики наблюдал за ними, сидя в кресле и наслаждаясь болезненными воплями ксеронца. В один миг вся его ревность куда-то испарилась: монгрел знал, что любовь хозяина принадлежит только ему, и он знал, что Энью страдает от боли. Как ни странно, Рики действительно хотел, чтобы Ясон трахнул ксеронца, чтобы тот орал как резаный, а лицо хозяина в это время светилось от удовольствия. Он хотел увидеть своими глазами, как блонди кончит, повернется и уйдет, отослав нового пета прочь, не удостоив его даже взглядом. Позволив Ясону взять ксеронца, Рики захватил в свои руки контроль над ситуацией и смог предоставить хозяину желанное удовольствие, избавившись от мук ревности.

— Ох-х-х, — не сдержавшись, сладко простонал Ясон: внутри Энью было так приятно, что блонди с удовольствием трахал бы его вечно. И ведь Рики тоже этого хотел — хотел увидеть, как его хозяин берет нового пета. Ясону это казалось невероятно возбуждающим… и он чувствовал, что почти готов кончить.

Рики, как зачарованный, не сводил с хозяина глаз. Ясон никогда еще не выглядел таким прекрасным и мужественным. На его лице, казалось, смешались наслаждение и боль. Он ломился в Энью безжалостно, заботясь лишь о собственном удовольствии, словно дикий варвар, насилующий пленника. От каждого толчка пет вскрикивал, и его зажигательные вопли только подогревали желание хозяина. Рики не сомневался: ксеронца еще никогда не брали так жестко, и боль от вторжения утихнет еще не скоро. Блонди тянул на себя бедра Энью, приподнимая их, чтобы удобнее было нырять в самую глубину. Вгоняя в красавца-пета свой член, Ясон низко застонал, почти зарычал — такого рокочущего, утробного звука Рики от него еще не слышал.

Затем в неудержимом порыве страсти блонди откинул голову назад, прикрыл веки и выплеснул свое семя, лихорадочно хватая ртом воздух. Весь дрожа, он открыл глаза, выскользнул наружу и обернулся к единственному зрителю этого спектакля. Ясон улыбнулся — такую довольную улыбку на его лице Рики видел впервые.

— Пошел в свою комнату! — скомандовал хозяин ксеронцу, даже не удостоив его взглядом, чем привел изнасилованного пета в полное смятение.