Бог Разрушения (ЛП)

Поэтому я решил притворяться, что люблю их до смерти, и это, кажется, творит чудеса.

— Прекрати, серьезно, — она приходит в себя. — Мы давно не разговаривали.

— Последний раз был два дня назад.

— Все еще слишком давно. Вы все трое живете далеко от дома, а я просто скучаю по вам.

— Мы тоже скучаем по тебе, но мы с Брэном живем вдали от дома уже больше пяти лет.

— Легче все равно не становится, — она вздыхает с таким драматизмом, что может соперничать с актерами мыльной оперы.

А моя мама даже не из тех, кто драматизирует.

— Нам никогда не суждено было остаться, — говорю я, глядя на свою коллекцию глиняных статуэток, которые лежат вокруг, как призрачные куклы.

— Вонзи этот нож еще глубже, хорошо?

— Я бы не осмелился зарезать собственную мать, — я усмехаюсь. — Мы скоро навестим тебя.

В этом буквально весь смысл ее ужасного поступка.

Как и ожидалось, выражение ее лица проясняется.

— Приведи Брэна и Глин. Килла тоже.

— Только если Киллиана разрубят на куски и засунут в морозилку.

— Лэндон! — она задыхается, ее взгляд будет преследовать меня до конца недели.

— Что? Не секрет, что мне не нравится этот придурок.

— Твоя сестра любит его.

— Еще одна причина не любить его. У нее часто ужасный вкус. Как в тот раз, когда она разрисовала всю мою статую.

Мама морщится.

— Люди по-разному выражают свои художественные способности.

— И некоторые люди подавляют это до смерти, как твой дорогой Брэн."

"Ее брови хмурятся, а губы слегка приоткрываются. Значит, она знает, что его нелепые попытки нарисовать природу – прикрытие. Кажется, она больше понимает нас, чем я думал ранее.

Интересно, но не по верным причинам. Мне нужно быть более неуловимым, чтобы она не увидела, что у меня внутри, и не решила, что я не принадлежу к ее маленьким вундеркиндам-миньонам.

— Брэн… — она замолкает и вытирает пот с верхней губы. — Другой. Ему просто нужно время. Когда он будет готов, все наладится.

— Возможно, его бред имеет смысл, но ты даже не веришь в то, что говоришь. Я предлагаю тебе попрактиковаться в актерском мастерстве перед зеркалом, прежде чем обсуждать с ним эту тему.

— Не говори со мной в таком тоне, Лэн, — она притворяется строгой, когда не может этого сделать даже ради спасения своей жизни.

Мама – это все о любви, мире и миллионе красочных, бесполезных лозунгов, которые вращаются вокруг гармонии. С тех пор, как мы были молоды, она пыталась создать эту идеальную семью, где мы все ладим и никто не подталкивает другого члена в неправильном направлении.

Результатом этих усилий, очевидно, стали теплые отношения между Брэном и Глин. Однако я? Я люблю дразниться больше, чем дышать. Я и дня не могу прожить без того, чтобы не подтолкнуть кого-нибудь не в ту сторону и не заставить его усомниться во всем своем непрочном существовании.