Бог Разрушения (ЛП)

— Я же тебе говорила, — шепчет она мне на ухо в связи с ее предыдущим предложением надеть более эффектное платье.

Я толкаю ее локтем в бок, но она только насмешливо смеется в ответ.

Если бы она не была моей сестрой, я бы давным-давно дала ей пощечину.

Каждый из нас берет напиток у проходящего официанта, но я не делаю ни глотка. Во-первых, мне пришлось бы снять маску, а я предпочла бы ничего не раскрывать о своей личности. Во-вторых, я слишком не устойчива к алкоголю, что даже от пива могу захмелеть. Поэтому я только притворяюсь, что пью, сосредоточив свое внимание на толпящихся вокруг людях.

Некоторые из них танцуют под неизвестную классическую музыку, как будто они кучка пар среднего возраста. Другие разговаривают и смеются на, я уверена, скучные темы.

Субъекта моей мести, который должен быть где-то в центре всех событий, здесь нет.

— Ты видишь его? — Майя подает знаки, как это у нас принято, когда мы не хотим, чтобы кто-то нас подслушивал.

Я качаю головой.

Моя нога постукивает по полу в маниакальном ритме. Это плохо.

Этот засранец – звезда шоу, так что до тех пор, пока он не покажет свое уродливое лицо, наш план практически бесполезен.

Внезапно свет тускнеет. Мои глаза привыкают к темноте, но я вижу только тени и силуэты других посетителей.

Мой позвоночник выпрямляется, а мое маниакальное постукивание прекращается главным образом потому, что паника слишком велика, чтобы ее можно было сдержать простым постукиванием.

Пот стекает по спине, а гнилостный запах плесени проникает в ноздри.

Я не собираюсь туда возвращаться… Я не…

— Эй, — мягкий голос Майи наполняет мои уши, когда она обнимает меня за плечи. — Все будет хорошо. Ты не одна, Мия.

Я смотрю в ее глаза, которые идентичны и все же чем-то отличаются от моих. По мере того, как идут секунды, мое дыхание замедляется и возвращается к норме.

Она права. Я не одна, и я определенно не вернусь в то влажное, темное место десятилетней давности.

Я посылаю ей робкую улыбку, потому что я так благодарна за то, что она у меня есть, но в то же время мне так стыдно за свою слабость.

За свою неспособность взять себя в руки даже спустя столько времени.

Каждый год я говорю себе, что в этом году справлюсь с этим, но пока безуспешно.

— Я в порядке, — показываю я, затем заставляю себя сосредоточиться на сцене.

Конечно же, несколько новоприбывших, одетых в платья и смокинги, входят так, как будто они не только владеют этим местом, но и ожидают, что все в нем будут поклоняться у их ног. Они носят роскошные маски и задирают носы, как будто это их миссия – судить мир.

Наша цель среди них.

В этом нет сомнений.

На самом деле, он, вероятно, тот, кто посередине, у кого одна рука в кармане, а другая небрежно свисает сбоку.