Бог Разрушения (ЛП)

Он рычит, и этот звук каким-то образом стал частью моих самых диких кошмаров.

— Он все равно не исчез.

Его слова звучат в студии как зловещее обещание, и я жду, что он прокусит кожу, только чтобы метка исчезла.

— Я не позволяла ему прикасаться к себе, — показываю я, сдерживая дрожь, от которой сводит конечности.

— Он сказал, что ты попросила встретиться с ним.

— И ты ему поверил?

— Нет, — он показывает на мою шею, приподняв верхнюю губу. — Пока не увидел это.

Я могла бы оправдаться, сказав, что Рори был слишком быстр, а я его не видела, но это всего лишь оправдания.

Отговорки.

Я отказываюсь быть втянутой в подобную ситуацию, когда не сделала ничего плохого. Поэтому выбираю вариант молчания. Пошел он к черту.

Я – Соколова, и мы не оправдываемся.

Лэндон обхватывает пальцами мое горло, и я подавляю стон, когда подушечка его большого пальца прижимается к израненной коже.

Он толкает меня, и мне ничего не остается, как отступить назад, чтобы подчиниться его движениям.

— Знаешь, я не очень хорошо реагирую на то, что кто-то другой прикасается к моим вещам.

— Я не твоя вещь, — говорю я, хотя мне трудно дышать.

— О, но это так, Мия. Ты моя гребаная собственность, а это значит, что каждый сантиметр твоей кожи принадлежит мне, — он проводит большим пальцем по ране. — Каждая часть – моя гребаная собственность.

Я ударяюсь спиной о стол, на котором от удара громыхают все инструменты Лэндона.

Я вздрагиваю и задыхаюсь от неровного дыхания. Кажется, что воздух вокруг меня погрузился в колодец удушающего напряжения, через который я не могу вдохнуть."

"— Ты, кажется, не понимаешь ситуации, Мия. То, что я даю тебе свободу и иду на ненужные уговоры ради тебя, не означает, что ты можешь уйти к кому-то другому. Если ты моя, то ты всегда будешь моей. Блять. Моей, — другой рукой он тянется к молнии на моем платье и расстегивает его, пока ткань не оказывается у моих ног.

Ночной воздух стягивает мои голые соски и обнаженную киску. Мои щеки пылают, когда Лэндон вбирает в себя всю меня. Похоть смешивается с яростью в нечестивом воссоединении, намекая на войну, которая вот-вот разгорится.

— Ты пришла подготовленной, — его голос понижается, смешиваясь с гневным возбуждением. — Или этот вид, возможно, предназначался для кого-то другого?

Я качаю головой. Как он может так думать?

Да. Я ожидала чего-то сегодня вечером, поэтому и не надела нижнее белье, но этот план явно разрушается на моих глазах.

— Нет? — он протягивает руку между моих ног, обхватывая возбуждение, которое покрывало внутреннюю сторону моих бедер с тех пор, как его губы встретились с моей шеей.

Малая часть причины, по которой я не стала бороться. Вот почему я до сих пор отказываюсь бороться.