Бог Разрушения (ЛП)

— Единственное свидание, которое у тебя будет – это твои похороны, — Джереми тянет Сесили, а я отпускаю ее, так что она приземляется на него. Я слишком хороший купидон и должен быть вознагражден за свои старания.

— Некрофилия. Пальчики оближешь, — я облизываю губы, глядя на Мию.

Она поднимает ногу, без сомнения, чтобы уничтожить фамильные драгоценности раз и навсегда, но на этот раз я кладу руку ей на лоб, останавливая ее движение.

— Иисус гребаный Христос, успокойся и перестань вести себя как бешеная собака.

Как и следовало ожидать от ее вспыльчивости, она пинается, дерется и пытается отпихнуть меня, но все это в основном заканчивается в воздухе. Я легко блокирую ее и одариваю Джереми своей самой провокационной ухмылкой.

— Отпусти Сесили.

— Нет.

Моя подруга начинает вырываться.

— У тебя нет права прикасаться ко мне.

Они свирепо смотрят друг на друга в нелепой игре в «труднодоступных». Но это ничуть не хуже, чем Мия, которая все еще пытается пнуть меня, показываю, что убьет меня.

— Послушай ее, — я говорю. — Каково это – быть вторым выбором? На самом деле, тебя бы даже не было в ее списке, если бы ты не преследовал ее.

Джереми бросается на меня со всеми своими демонами, вооруженными автоматами. Успех провокации? Сто процентов.

Сесили встает между нами спиной ко мне и смотрит на своего заклятого врага, который по иронии судьбы оказывается мужчиной, в которого она влюблена.

— Прекрати это.

— Отойди.

— Я сказала, прекрати это.

— А я сказал, отойди нахуй.

Время позволить им делать свое дело. Этот тщательно продуманный план может обеспечить мне место в ООН, если я когда-нибудь задумаюсь о мире во всем мире как о выборе профессии.

— Мы уходим отсюда, — я тащу Мию за руку, пока она борется, упирается локтями и использует все возможные уловки, чтобы освободиться из моей хватки. И пока я сдерживаю ее безумие, не могу удержаться от того, чтобы не бросить через плечо: — Помни, Сес. Ты полюбила меня первым.

Джереми делает шаг ко мне, но Сесили снова останавливает его.

Вскоре мы с Мией оказываемся на улице. Ее агрессия усиливается и она пытается ударить меня по колену.

Я раскачиваю ее маленькое тело и прижимаю к стене под слабым светом уличного фонаря. Свет отбрасывает мягкое сияние на ее маленькое личико и придает едва заметный блеск ее светлым локонам, переплетенным голубыми лентами.

Короткое платье обнажает ее стройные длинные ноги, и мне хочется думать, что она нарядилась для меня. Не помогает и то, что прошло больше времени, чем мне хотелось бы, с тех пор как она осчастливила меня своим назойливым присутствием.

Мои пальцы впиваются в ее плечо.

— Успокойся, черт возьми. Что тебя разозлило?

— Ты, — она указывает на меня, ее глаза сверкают темно-синим, как цвет убитых роз. — Иди нахуй, гребаный ублюдок.