Покоренная судьбой (ЛП)

Он самый уважаемый и пугающий капо из когда-либо существовавших, и ты на пути к тому, чтобы стать таким же уважаемым и страшным, но поверь мне, если я скажу, что это вызовет слишком большой переполох в Фамильи, если твоя семья сделает это. Традиционалисты не подставят другую щеку в этот раз. Случай с Марселлой, окровавленные простыни, байкер, ее индукция — это уже была очень сильная пощечина.

Максимус как солдат слышал голоса раздора, которые умолкали, когда я или отец были рядом и доверял его суждениям.

Я кивал. Знал, что он прав, но мне было все равно, я не хотел прислушиваться к доводам разума.

— Не говоря уже о том, что есть абсолютно нулевой шанс, что Римо Фальконе отдаст свою дочь тебе.

Невио не отдаст. Он убьет меня, прежде чем позволит мне получить ее.

— Я мог бы похитить ее, как Римо сделал со своей женой.

Это прозвучало не так шутливо, как я думал, и я понял, что часть меня подумала бы об этом. Я припарковал машину перед Сферой. Мы с Максимусом часто заезжали туда после пыток, чтобы выплеснуть оставшийся адреналин и подцепить девчонку — другую.

Когда я заглушил двигатель, заметил, что Максимус наблюдает за мной. Я изогнул бровь.

— Фальконе сожгут Нью-Йорк и все города по пути.

Я мрачно усмехнулся. Это сослужит хорошую службу Римо. Страх перед его реакцией не был причиной, по которой я никогда бы не похитил Грету. Она, она была причиной.

— Мне нужно как-то избавиться от Крессиды.

Я выпрыгнул из машины, и Максимус последовал за мной.

— И что потом?

Я пожал плечами. Когда Крессида перестанет быть проблемой, я решу, что делать с Фальконе. Мы прошли мимо длинной очереди, ожидавшей разрешения войти, и, помахав рукой двум вышибалам, шагнули в клуб. Толпа расступилась, как всегда, когда мы с Максимусом появлялись где-нибудь. Восхищенные и похотливые взгляды девушек, которыми я всегда грелся, тут же слетели с меня.

Мы устроились в VIP-кабинке и заказали бутылку текилы Clase Azul, и с Максимусом звякнули бокалами, прежде чем выпили по первой рюмке.

Затем я откинулся на кожаные подушки.

— Как ты собираешься это сделать?

— Не убивать ее, если ты об этом беспокоишься.

Максимус выглядел безразличным.

— Она не растворится в воздухе.

— Может быть, мы сможем дискредитировать ее. Если она спала с кем-то до нашей свадьбы, я смогу ее бросить.

Максимус сузил глаза, подперев татуированными предплечьями бедра.

— Надеюсь, ты не думаешь обо мне.

— Она знает, что ты мой лучший друг, и поймет, что это ловушка.

— Хорошо, — сказал он и снова наполнил наши бокалы. — Не думаю, что она будет настолько глупа, чтобы позволить любому парню трахнуть ее, не так близко к ее конечной цели.

Возможно, он был прав. Последние несколько лет я игнорировал Крессиду, надеясь, что она устанет и найдет кого-нибудь другого.