Покоренная судьбой (ЛП)

Спустившись в оружейную, я захватил две кобуры для пистолетов, а также свои любимые ножи и пистолеты.

Крессида догнала меня. Каблуки явно замедляли ее движение. Она осмотрела мой наряд.

— Куда ты идешь?

— По делам.

— Муж должен трахать свою жену!

— Может быть, я сделаю это, когда вернусь утром.

Я взял ключи от машины и направился в вестибюль. Крессида издала разъяренный вопль, и один из ее каблуков ударил по зеркалу рядом с моей головой, отчего оно раскололось.

— Тебе повезло, что у меня сейчас нет времени на твои бредни — прорычал я и ушел.

Сегодня не прольется кровь девственниц, только кровь Фальконе.

Грета

Я надела пижаму, но не могла уснуть. Мои мысли крутились вокруг Амо. Теперь он будет делить свою брачную ночь с Крессидой.

Я целую неделю умоляла папу разрешить мне присутствовать на этой свадьбе, утверждая, что мне нужно увидеть свадьбу Амо, чтобы закрыть эту главу моей жизни. Нужно смотреть в лицо своим страхам — так всегда говорил папа, и я это тоже усвоила. Теперь я не была уверена, что это улучшило мое эмоциональное состояние. Определенно не было ощущения, что глава закрыта.

Но, возможно, мое присутствие показало нашу добрую волю к сохранению мира, который казался таким ужасно хрупким.

Невио был в ярости, но папа настоял на том, чтобы он остался в Вегасе. Если бы он приехал, это только разрушило бы то, что осталось от нашего перемирия. Его гнев был очень сильным, и я все еще боялась, что он наделает глупостей. Хотя Невио уважал отца, его буйный характер часто заставлял его забывать о разуме и приказах отца.

Я погладила палец, на котором должно было быть кольцо, если бы я приняла предложение Амо.

Это был мой выбор, единственный разумный выбор на тот момент, отпустить Амо, но сейчас я чувствовала себя так, словно у меня вырвали что-то, что я не хотела терять.

В гостиной нашего номера раздались голоса. Я наконец встала и пошла туда. Фабиано, Нино и папа разговаривали тихими голосами. Адамо сидел на диване, положив руки на спинку. Он был единственным, кто не выглядел совершенно напряженным. Он наслаждался своим пребыванием в Нью-Йорке и дружил со многими солдатами Фамильи. Если бы больше из нас приложили такие усилия, как он, между семьями было бы гораздо меньше напряженности.

— Что происходит? — спросил я.

Отец бросил на меня взгляд.

— Ничего.

Я поджала губы и могла сказать, что это неправда. Он всегда говорил, что к женщинам относятся как к слабому полу, потому что они так себя ведут, но из-за его заботы мне иногда было трудно выйти из зоны комфорта.

— У Нино что-то вроде предчувствия, — с усмешкой сказал Адамо. Его кудрявые волосы были рассыпаны по плечам.

— Что за предчувствие? — спросила я.

— В моих наблюдениях нет ничего ясновидящего.