Безумная одержимость (ЛП)

Я не могла понять, издевается ли он надо мной или сердится, что я не слишком уважаю его мнение. Я попыталась оценить выражение его лица, но оно было холодным, как Сибирская зима.

— Ты снова выйдешь замуж, Джианна, потому что хорошие Итальянские девушки делают это.

— Я сбегу, прежде чем когда-либо снова выйду замуж.

Непоколебимые слова шокировали меня, ударившись в воздух, потому что каждое из них являлось правдой. Я никогда не признавалась себе в этом вслух, даже когда начала собирать солидное гнездышко, чтобы начать все сначала, где захочу.

— Ах, милая... — он издал горький звук, когда мы подошли к его машине. — Мы оба знаем, что ты не отказалась выйти замуж за Антонио.

Я запнулась. В тот момент я еще не встречалась с Кристианом, так откуда он знает, какого мнения я придерживалась о своем браке? Мое сердце забилось быстро и неуверенно. Знал ли он, почему я не сопротивлялась? Знал ли он о моем детстве больше, чем я когда-либо ему расскажу? Холодный пот прошел сквозь меня. Он был гораздо умнее и проницательнее меня, и я презирала его за это. Я никогда не выиграю его.

— Я больше не играю с тобой в игры.

Он открыл передо мной пассажирскую дверь, как истинный джентльмен, его слова были веселыми и циничными.

— Думаешь, мы это делаем? Играем в игры?

— Мне все равно, как ты это называешь. Я покончила, с меня хватит! С этим. — я жестом указала между нами. — С тобой.

Как заход солнца, его глаза наполнились тьмой. Беспощадная тьма, окутавшая мою душу и тянущая.

Он захлопнул дверцу машины. Подошел ко мне.

Он схватил меня за горло, прижал к машине и проглотил мой следующий вдох.

Взрыв огня вспыхнул внутри меня, распространяясь от живота до кончиков пальцев. Моя кровь зашипела. Тело покалывало. Я не могла дышать.

Он зашипел мне в губы, а затем скользнул языком в мой рот. Я почувствовала, как между моих ног скользнула влага. Одно только понимание, что его руки на мне, заставляло меня дрожать, но ощущение их — ладонь, скользящая по моему бедру к изгибу задницы; нежная, но непреклонная хватка на моем горле — испепелило любое сопротивление, которое оставалось во мне. Я прильнула к нему, мое тело растаяло в его объятиях.

Его губы покинули мои после того, как я только попробовала его на вкус, и протест затопил мои вены. Я вдруг подумала, сколько девушек он целовал в Сиэтле, но эта мысль была мимолетной, когда он запустил руку в мои мокрые волосы, сжал их в кулак и наклонил мою голову. Кусая, он провёл дорожку вниз по моей шее, потянув кожу между зубами и слегка посасывая. Мое сердцебиение упало, как груз между ног.

Жар его тела, сила присутствия, гнев в его движениях — у меня перехватило дыхание.