Бегущая могила (ЛП)

Страйк прекрасно понимал, что если удар по Пирбрайту был нанесен коллегой Штыря, то тот вряд ли признается в этом. С другой стороны, он ожидал ответной агрессии, если бы тому показалось, что он лезет в дело соратников Штыря, а этого не произошло.

— Так ты думаешь…?

— Подстава, не так ли, — сказал Штырь, продолжая жевать. — Уверен, что это не какая-нибудь продажная свинья?

Страйк, привыкший к склонности Штыря приписывать половину правонарушений в Лондоне коррумпированной полиции, сказал:

— Не понимаю, зачем полиции нужна смерть именно этого парня.

— Мог он что-то иметь на свинью? Моя тетя до сих пор считает, что в Дуэйна стрелял коп.

Страйк вспомнил двоюродного брата Штыря Дуэйна, который, как и Пирбрайт, был застрелен, а его убийца так и не был пойман. Несомненно, тете Штыря было проще всего возложить ответственность за еще одну смерть на полицию, учитывая, что ее второй сын погиб во время погони с полицией. По крайней мере, половина многочисленной семьи Штыря в той или иной степени была вовлечена в преступную деятельность. Поскольку Дуэйн состоял в банде с тринадцати лет, Страйк считал, что есть много людей, которые могли бы казнить его с большей вероятностью, чем полиция, но он был достаточно тактичен, чтобы не высказывать этого мнения.

— Люди, на которых у Пирбрайта были материалы, определенно не были из полиции.

Он пытался убедить себя, что не хочет булочку с беконом. От Штыря очень вкусно пахло.

— Рини боится свиней, — сказал Страйк. — Животных, я имею ввиду.

— Да? — сказал Штырь с легким интересом. — Не думаю, что нам удастся провезти свинью в Бедфорд, Бунзен.

Пока Страйк смеялся, его мобильный снова зазвонил, и он увидел номер Люси.

— Привет, Люси, как дела?

— Стик, Тед записался на прием к терапевту на неделе в пятницу.

— Хорошо, — сказал Страйк. — Я буду там.

— Правда? — сказала Люси, и он услышал ее недоумение по поводу того, что в кои-то веки он не сказал, что проверит свой ежедневник, и не стал раздражаться по поводу того, что его позвали на встречу.

— Да, я же сказал, я приду. Во сколько?

— Десять часов.

— Хорошо, я приеду туда в четверг, — сказал Страйк, — позвоню Теду и скажу, что пойду с ним.

— Это так мило с твоей стороны, Стик.

— Нет, не стоит, — сказал Страйк, которого продолжала мучить совесть после недавних откровений Люси. — Меньшее, что я могу сделать. Слушай, я сейчас занят. Я позвоню тебе позже, хорошо?

— Да, конечно.

Люси отключилась.

— Все в порядке? — спросил Штырь.

— Да, — сказал Страйк, убирая телефон обратно в карман. — Ну, у моего дяди может быть слабоумие, я не знаю. У брата моей мамы, — добавил он.

— Да? — сказал Штырь. — Жаль слышать это. Чертова штука, слабоумие. У моего старика оно было.

— Не знал этого, — сказал Страйк.

— Да, — сказал Штырь. — Раннее начало.