Бегущая могила (ЛП)

Они оказались полны моченых яблок, которые показались Робин очень горькими, несомненно потому, что сахар был запрещен церковью. Тем не менее, она съела все, пока соседи говорили ей о священной войне.

Робин понятия не имела, который час. Небо за окном было черным, а на то, чтобы разложить еду на сто человек, ушло много времени. Наконец миски тоже были убраны, и кто-то приглушил верхний свет, оставив, однако, верхний стол освещенным.

Сразу же все сидящие за столиками начали хлопать и аплодировать, некоторые из них даже стучали своими жестяными кружками по столу. Джонатан Уэйс встал, обошел вокруг стола, включил микрофон и снова успокоил толпу, сделав руками успокаивающее движение.

— Спасибо вам, друзья мои. Спасибо вам… Я стою перед вами сегодня с надеждой и страхом в сердце. Надеждой и страхом, — добавил он, торжественно оглядываясь по сторонам.

— Я хочу сказать вам, во-первых, что эта церковь, это сообщество душ, которое сейчас простирается на два континента…

Раздалось еще несколько возгласов и аплодисментов.

— Представляет собой крупнейший духовный вызов противнику, который когда-либо видел мир.

Зал зааплодировал.

— Я чувствую его силу, — сказал Джонатан, прижимая сжатый кулак к сердцу. — Я чувствую ее, когда разговариваю с нашими американскими братьями и сестрами, я чувствовал ее, когда выступал в начале этой недели в нашем мюнхенском храме, я чувствую ее сегодня, когда вновь вхожу в это место и когда иду в храм, чтобы очиститься. И я хочу сегодня выделить несколько человек, которые вселяют в меня надежду. Когда на нашей стороне такие люди, противник должен справедливо трепетать….

Уэйс, не имевший при себе никаких записок, теперь называл несколько имен, и по мере того, как каждого человека опознавали, они либо визжали, либо вопили, вскакивая на ноги, в то время как сидящие вокруг них подбадривали и хлопали.

— … и последний, но не менее важный, — сказал Уэйс, — Дэнни Броклз.

Молодой человек со стрижкой рядом с Робин вскочил на ноги так быстро, что сильно ударил ее по локтю.

— О Боже, — повторял он снова и снова, и Робин увидела, что он плачет. — О Боже.

— Поднимитесь все сюда, — сказал Джонатан Уэйс. — Давайте… все, покажите свою признательность этим людям…

Столовая разразилась новыми возгласами и приветствиями. Все вызванные разразились слезами и, казалось, были потрясены тем, что их узнал Уэйс.

Уэйс начал рассказывать о достижениях каждого члена группы. Одна из девушек за четыре недели собрала на улице больше денег, чем кто-либо другой. Другая девушка привлекла к участию в Неделе служения дюжину новых членов. Когда Джонатан Уэйс дошел до Дэнни Броклза, тот так сильно рыдал, что Уэйс подошел к нему и обнял его, а Броклз плакал, уткнувшись в плечо руководителя церкви.