Логово гадюк (ЛП)

По части защиты тех, кого он любит.

Даже когда мы были детьми, он был таким же, всегда самым серьезным. Черт, он даже тогда носил костюмы. У него никогда не было настоящего детства. Нет, Райдер стал тем, кем хотел его видеть мой отец, чтобы убедиться, что я никогда не встану на пути этого человека. Он делал все, о чем просил наш отец, даже марал руки.

Я помню ночь, когда Райдер впервые убил кого-то, ему было тринадцать, мне — одиннадцать. Райдер вернулся домой, и в нем что-то изменилось. Он боялся, но не Отца, как обычно, а самого себя. У него на руках была кровь, и он сидел, оттирая ее, слезы катились по его щекам. Он рассказал мне, что произошло, не всю правду, конечно. Позже я узнал, что он сделал это, чтобы защитить меня, что Папаша сыграл на его любви ко мне, как последний ублюдок, каким он и был. Он угрожал Райдеру, сказал ему, что если он не убьет этого человека, то он заставит меня сделать это.

Тот не хотел, чтобы я запятнал свою душу, поэтому он сделал это. Даже несмотря на то, что это что-то надломило в нем, Райдер сделал это. Я удерживал его, пока он плакал. Это была последняя ночь, когда я видел, как Райдер плакал или проявлял слабость до сегодняшнего дня. Он сказал мне, что ему было страшно, что он не был в ужасе, что это казалось правильным… что он был монстром, как мой отец.

Я обещал, что никогда не оставлю его одного. Я сдержу это обещание. Райдер отдал свое детство, свою душу ради меня. Я бы сделал для него все, что угодно. Он даже не понимает, что Роксана, как он ее называет, является частью этого. Ему нужна слабость, кто-то, с кем он мог бы разделить мир, кто мог бы помочь ему справиться с его бременем, иначе он просто сгорит.

А я не могу потерять его.

Я защищу плачущего мальчика с окровавленными руками, и она будет ключом.

Это началось в моей голове в самый первый день после того, как он посмотрел на нее так, словно она была вызовом, загадкой, которую Рай не мог разгадать, и Рокс не боялась его, как все остальные. Она встретила его лицом к лицу, такая же упрямая, такая же злая на весь мир. Рокси спасет его.

Она спасет нас всех.

И мы запятнаем ее.

Мне должно быть не все равно, но я, кажется, не могу ничего с собой поделать. Не тогда, когда я смогу оставить ее и моего брата.

Замечаю что-то дальше по переулку, движение настолько слабое, что я бы не заметил его, если бы не смотрел.

— На двенадцать часов, — бормочу я, едва шевеля губами.

— Да, — огрызается Райдер, все еще притворяясь, что разговаривает по телефону.

Тень движется вдоль стены и останавливается за ящиком. Я быстро набираю сообщение Тони, не глядя, не сводя глаз с силуэта. Он стреляет, и мы бросаемся вперед, когда машина трогается. Идиот, это гребаное стекло пуленепробиваемое.