Ксандер (ЛП)

— И что?

— Ты едешь со мной.

Она наморщила лоб.

— Зачем мне ехать с тобой на тренировку?

Я отзеркалил ее недоверчивый взгляд в ответ на неразумный вопрос.

— Затем, что ты идешь туда, куда иду я.

Джордан была готова ускользнуть в любой момент, а отец снова пытался вонзить в нее свои когти. Неужели она думала, что я упущу ее из виду?

— Люди могут увидеть нас вместе, – запротестовала она.

— Мне все равно. Мы держимся вместе, несмотря ни на что.

У нее открылся рот.

— Твой отец не разделит это чувство. Генри придет в ярость, если увидит нас вместе.

— Очень скоро будет неважно, что думает Генри.

Ее голова откинулась назад, словно она только сейчас вспомнила наш разговор об ее опекунстве.

Джордан посерьезнела.

— Пожалуйста, Ксандер, – сказала она тихим голосом. — Не подавай заявление о моем опекунстве. Я не могу снова оказаться под чьим-то контролем.

— Джордан, – я тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться. Утро начиналось совсем не так, как я хотел. — Ты знаешь, что суд требует, чтобы у тебя был опекун.

— Только потому, что я была не в себе после смерти родителей, но теперь это в прошлом, – воскликнула она.

— Я знаю, – осторожно сказал я. — Но закон никто не отменял.

— Тогда дай показания в суде от моего имени и подай апелляцию, чтобы отменить необходимость в опекуне.

Эта мысль приходила мне в голову, но я никак не мог отказаться от своей последней крупицы контроля в этих отношениях – только не тогда, когда она продолжала отвергать нас.

— Это к лучшему, – сказал я ей своим самым успокаивающим голосом.

Слезы выступили в уголках ее глаз, угрожая пролиться.

— Каждый раз, когда я спорила с твоим отцом, он вслух размышлял, будет ли «к лучшему» вернуть меня в лечебницу. До сих пор я не понимала, что это была скрытая угроза за то, что я ему противоречила. – Ее нижняя губа задрожала. — П-пожалуйста, Ксандер. Я не хочу снова так жить, постоянно задаваясь вопросом, не нахожусь ли я в одном неверном шаге от того, чтобы оказаться взаперти.

— Я никогда так с тобой не поступлю, – поклялся я.

Она покачала головой.

— Это ты сейчас так говоришь.

— Джордан...

— Единственное, чего я хочу, – это свободы, – пробормотала она, опустив голову с побежденным видом.

Закрыв глаза, я разочарованно выдохнул. Наконец-то она была там, где я хотел её видеть. Единственным способом сохранить спокойствие была гарантия того, что она останется рядом со мной.

— Мы поговорим об этом позже. А сейчас собирайся, потому что я не уйду без тебя.

Джордан не пошевелилась.

Разъяренный, я сорвал с нее простыню, обнажив идеальную пару аппетитных сисек. Тиканье часов было единственным, что удерживало меня от того, чтобы наброситься на нее.

Джордан возмущенно пискнула, когда я стащил ее с кровати и понес в ванную.