Их невинная принцесса (ЛП)

Лэндону понадобилось всего лишь двадцать минут, чтобы оббежать его. И единственное, что за эти два часа Купер так и не сделал, он не поддался Алии, внезапно изъявившей желание поиграть в медсестру. Похоже, на этот раз ему все же придется сдаться на ее милость.

— Я в порядке. Правда. Раньше я был медиком. Это всего лишь царапина, ничего серьезного. Просто наложи повязку, и все будет прекрасно.

Купер вернулся к сортировке воды и еды.

— Это всего лишь царапина до тех пор, пока в нее не попадет инфекция. После чего рана начнет гноиться, и через сорок восемь часов ты умрешь, — объясняла Алия, размахивая аптечкой, словно мечом. – Я вообще молчу про всяких жучков, которые любят забираться под кожу и обустраиваться там на постоянное место жительства.

Купер пожал плечами.

— Соленая вода промыла рану. Отличное обеззараживающее средство.

Алия посмотрела через плечо Купера на Дэйна, который с усердием копал яму.

— Разве ты не можешь приказать ему или что-то вроде того?

— Я пытался приказать тебе снять мокрую одежду, — сказал Дэйн. – Но это ни к чему не привело. Он чертовски хороший медик, а также самый худший пациент на всем белом свете. Парень становится настоящей размазней, когда речь заходит о подобных вещах. Ты можешь выстрелить в него, и не услышать ни одного жалостливого вопля, но попробуй только отодрать лейкопластырь, и он тут же разрыдается.

— Это совсем другая боль, — проворчал Купер.

На самом деле, пару раз, когда его подстреливали, у него не оставалось другого выбора. Ублюдки, которые в него стреляли, не давали ему время для обдумывания сложившейся ситуации. Купер посмотрел на Алию, прокручивая в голове слова Дэйна и пытаясь найти хоть что-нибудь, ради чего он был готов вытерпеть любую боль. Алия все еще была в одежде. Несмотря на дневную жару, воздух все же был влажный. Они стояли в тени деревьев, а принцесса все еще была насквозь промокшей. Сами они тут же разделись до боксеров, разложив свою одежду сушиться. И хотя Алия распаковала кое-что из вещей, которые им удалось спасти, все они промокли, как и все остальное, что не было упаковано в пакеты. Натянув веревку между двумя пальмами, принцесса повесила их одежду сушиться. Однако сама она по-прежнему оставалась в юбке и топе.

— Купер Эванс, ты сейчас же позволишь мне продезинфицировать и перевязать эту рану, — сказала Алия, и поджала губы."

"Каким-то образом, годы борьбы с его старшими братьями и работой под командованием спецподразделения, великолепные изгибы перед Купером не так уж и сильно пугали его. Сексуальные? Да, черт возьми. И эти самые изгибы становились с каждой секундой все сексуальнее.

— Так уговори меня.

— Что?

Ее глаза цвета мокко прищурились.

— Жизнь — это постоянные переговоры, принцесса.