Грешник (ЛП)

Тот возвращается на свое место позади Маркуса, который пытается наблюдать за ним, оглядываясь через плечо.

— Открывай шире, — приказывает Син, и Корбин опускает раскаленную цепь на голову Маркуса и разжимает ему рот, успешно помещая ее между зубами.

Я начинаю плакать, кричать, просить прощения, но никто не слышит. Из-за криков Маркуса и закрывающей мне рот руки Джейса ничего не слышно.

Син подходит к столу и берет стул. Он поднимает его и ставит перед Маркусом задом наперед. Он садится верхом на сиденье и кладет руки на спинку стула.

— Ты трогал мою девочку, и это недопустимо.

Маркус все еще корчится в кресле, из уголка его рта уже течет слюна.

Син подносит паяльную лампу к свисающей с подлокотника правой руке Маркуса.

Я кричу в ладонь Джейса, чтобы меня простили, но никто не слышит, так как она все еще закрывает мне рот. Маркус сплевывает через цепь. От запаха горелой плоти у меня начинается рвотный рефлекс.

Син убирает паяльную лампу, и Маркус опускается в кресло, его джинсы темнеют, так как он обмочился. Син осматривает его рот.

— Сломал пару зубов, кусая этот металл, да? Вот сучка.

Я вижу смешанную со слюной кровь, которая теперь стекает на его и без того окровавленную рубашку.

— Посмотри на нее, — указывает на меня Син.

Когда Маркус не предпринимает никаких попыток это сделать, Син вскакивает со стула, хватает Маркуса за лицо и поворачивает его вправо, чтобы он посмотрел на меня.

— Посмотри на нее. Она не никто.

Син с гордой улыбкой на лице наблюдает, как из моих глаз текут слезы, и мое тело сотрясают рыдания.

— Она моя. И это делает ее самым важным человеком на свете. Понимаешь?

Маркус всхлипывает и изо всех сил кивает головой, а это не так уж много, учитывая, что Корбин тянет за цепь, а Син держит его лицо. Он отпускает его.

Затем опускается на колени перед Маркусом, протягивая паяльную лампу к его последней здоровой руке. Маркус откидывает голову назад, всхлипывая. Его покрытая кровью грудь вздымается.

— Я видел, как ты скользнул ей под юбку, где стал ласкать пальцами ее пизду. Мою пизду. Это нужно убрать.

Маркус всхлипывает, и Син прижимает лампу к его плоти. Все тело Маркуса напрягается, на шее выступают вены. Его кожа красная, словно он горит изнутри.

Я кричу во всю мощь своих легких. Слезы и сопли стекают по моему лицу на руку Джейса, но он удерживает меня на месте.

Син останавливается, и тело Маркуса обвисает в кресле. Он смотрит на нас.

— Отпусти ее."

"Джейс отступает назад, отпуская меня. Я отрываюсь от острова и делаю шаг к Сину, но падаю на колени. Они онемели. Кровь застыла в жилах от того, как сильно Джейс прижал меня.

— Прости, — говорю я сквозь рыдания. — Прости меня.

Син выключает паяльную лампу и ставит ее на стойку. Затем подходит ко мне.