Грешник (ЛП)

Потребовалось несколько часов, чтобы все оформить, но он наш.

Так почему же я чувствую себя виноватой? Это он живет двумя жизнями.

— Ты такая мокрая, — Маркус вытаскивает палец и вводит его обратно.

— Я… я не думаю…

— Заткнись, блядь, — он шлепает меня по заднице, и с моих онемевших губ срывается крик.

Я крепче сжимаю бутылку водки, и закрываю глаза. Ненавижу то, что сейчас хочу Сина. Что мое тело чувствует разницу. Он избавлял меня от этого два года. Он знает это лучше, чем я сама.

Мысли о нем и Амелии проникают в мое сознание, и я прикусываю язык, чтобы сдержать рыдания. Я представляю его и ее в нашей постели. Она привязана, а он дает ей то, что я хочу.

Маркус вытаскивает палец и проводит руками по моей спине, хватая меня за волосы. Потянув меня к себе, он разворачивает меня. Его свободная рука больно сжимает мой подбородок, и лицо оказывается напротив моего.

Я смотрю в его зеленые глаза, а он улыбается, глядя на мои слезы.

— Уже плачешь, малышка?

Я вздрагиваю от такого обращения.

— Я еще даже не начинал, — затем он прижимается своими губами к моим."

"Я не отвечаю ему поцелуем, и его язык проникает между моих губ. На вкус он похож на дешевое пиво. Мои руки остаются по бокам, а он держит меня на месте за лицо и волосы. Я парализована, мое сердце разбито. Я никогда не испытывала такой боли. Как будто кто-то ударил меня ножом, и я истекаю кровью. Я чувствую, что из меня утекает жизнь. Я молюсь, чтобы алкоголь поскорее забрал все это.

Когда Маркус отстраняется, я делаю глубокий вдох. Он разворачивает меня, толкает на стойку и раздвигает мне ноги своими ботинками.

— Надеюсь, тебе нравится грубость.

Отпустив мои волосы, Маркус заводит мне руки за спину, и прежде чем я осознаю, что он делает, я чувствую, как на моих запястьях застегиваются наручники.

Я дрыгаю ногами и хочу закричать, но он наваливается на меня своим телом, прижимая к стойке, и его вес лишает меня воздуха.

— Потому что мы, блядь, используем это тело по назначению.

«Мы?»

— Мы? — успеваю выдохнуть я, как страх охватывает мою грудь.

Отстранившись от моей спины, и он хватает меня за волосы, рывком заставляя встать.

— Что думаешь?

Я хмурюсь, сбитая с толку его вопросом, но Маркус разворачивает меня, и от того, что я вижу, у меня подкашиваются ноги.

Син стоит, прислонившись ко входу в кухню. Скрестив руки на груди, он смотрит мне в глаза. Мое сердце подскакивает к горлу. Я слышу лишь шум крови в моих ушах.

Он отталкивается и делает шаг к нам. Мне хочется убежать, но Маркус так крепко обхватывает меня за шею, что я не могу дышать.

Син встает передо мной. Его рука скользит по моему топу, и я борюсь с хваткой Маркуса.

Сунув руку в карман, Син достает свой перочинный нож. Он раскрывает его и разрезает мой топ.