Грань судьбы (ЛП)

Пятнадцать минут спустя они вышли на узкую поляну. В дальнем конце стояло огромное строение — двухэтажные развалины, сложенные из того же серого камня, что и дом Одри. Колонны тянулись к небу, на каждой была вырезана какая-то сцена битвы, образуя четкий прямоугольник с двумя меньшими квадратами на каждом конце. Деревянный дом был построен внутри каменного скелета, в некоторых местах внутри него, в некоторых местах нависая над ним, его стены и комнаты выступали под странными углами. Окна всех форм и размеров беспорядочно перемежали деревянные стены, как будто какой-то малыш смешал несколько строительных наборов и собрал конструкцию с закрытыми глазами. Мох и цветущие лианы взбирались по бревнам, и какой-то маленький пушистый зверек с угольно-черной шерстью и длинным хвостом с пушком на конце взбирался по лианам на крышу.

— Пойдем. — Одри направилась к дому.

— Мне нужно что-нибудь знать об этом Гноме? — спросил Кальдар.

— Он не очень любит чужаков. Позволь мне говорить, и все будет хорошо.

Они подошли к зданию.

— Эй, Гном! Гнооом! — Одри повернулась к мальчикам. — Ладно, ребята, пошумите немного. Иногда он плохо слышит. Гном!

— Привет! — крикнул Джордж. — Прииивет!

— Открой дверь! — взревел Джек."

"Кальдар сунул два пальца в рот. В лесу раздался пронзительный свист. Джек сунул палец в ухо и слегка потряс его.

На верхнем этаже распахнулось бесформенное окно. Кто-то двигался во мраке.

— Эй, Гном! — Одри помахала рукой.

— Чего тебе надо? — раздался мужской голос.

— Мне нужно задать тебе один вопрос! — крикнула Одри.

— Я сейчас занят.

— Я принесла плату. — Одри повернулась к Кальдару. — Покажи ему пиво.

Он поднял бутылку.

— Это «Спидвей Стаут»?

— Да, оно, — подтвердила Одри.

Темная фигура тяжело вздохнула.

— Хорошо. Я сейчас спущусь.

Каскад глухих ударов эхом отозвался в доме.

Кальдар наклонился к Одри.

— Он что, упал с лестницы?

Одри поморщилась.

— Нет, у него просто… много вещей. Очень много вещей.

Воображение Кальдара нарисовало горбатого гнома, который с трудом спускается по лестнице среди груды грязных горшков. Почему ему привиделись горшки, он понятия не имел. Оставалось надеяться, что им не придется лезть туда, чтобы спасти мужчину.

Часть стены скользнула в сторону. На солнечный свет вышел огромный человек. Слишком большой джинсовый комбинезон едва прикрывал его огромную фигуру. Массивные мускулы напрягали рукава его белой футболки. Его рыжеватые кудрявые волосы были взлохмачены, а лицо с запавшими глазами и массивной челюстью выглядело достаточно угрожающе, чтобы отпугнуть бешеных волков. Ему можно было дать лет шестьдесят или восемьдесят, с Эджерами трудно было сказать точно. Некоторые из них доживали до двухсот лет.