Магистр дьявольского культа (ЛП)

Никто не ожидал, что количество людей, спустившихся с горы, окажется почти равным количеству взошедших. Вторая «осада» действительно заслуживала внесения в анналы. Однако вместо того чтобы запомниться масштабностью или количеством убитых, она оказалась бы записана как самое бессмысленное и смехотворное событие в мире заклинателей.

Одни радовались, что избежали смерти, другие плакались на смену времен. Десятки глав кланов собрались вместе и после недолгого обсуждения договорились сначала найти безопасное место для отдыха, пока духовные силы не восстановятся на восемь десятых, чтобы на пути обратно их уже больше ничего не потревожило.

Вэй У Сянь сразу все понял. Ближайшим «безопасным местом» от И Лин были земли Ордена Юнь Мэн Цзян. Он спросил: «Так вы собираетесь отправиться в Пристань Лотоса?»

Лань Ци Жэнь насторожился. «Почему ты спрашиваешь?»"

"Вэй У Сянь ответил: «Да так. Просто хотел спросить, можно ли мне с вами».

Глава клана Яо предупреждающим тоном воскликнул: «Вэй У Сянь! Сегодня ты совершил хорошее дело, но это совсем другая история. Пожалуйста, пойми, что для нас невозможно стать тебе союзниками».

Вэй У Сянь чуть дар речи не потерял. «Не волнуйтесь, никто не заставляет вас быть мне союзниками. Однако прямо сейчас мы на одной стороне, не так ли? Человек, который устроил на вас сегодня облаву, имеет при себе Стигийскую Тигриную Печать. Вы способны справиться с этим?»

Главы кланов переглянулись. Если говорить начистоту, слова Вэй У Сяня были верны. Он хотел присоединиться, и это стало бы большим подспорьем. Однако люди столько лет поносили имя Старейшины И Лин, было бы довольно неловко вот так вдруг начать с ним сотрудничать.

Вдруг Лань Ван Цзи обернулся к Лань Ци Жэню. «Дядя, были ли какие-то новости от Брата?»

Помолчав, Лань Ци Жэнь ответил: «Нет».

Вэй У Сянь произнес: «Возможно, Цзэ У Цзюнь сейчас в руках Цзинь Гуан Яо. Учитель Лань, чем больше будет людей, тем больше помощи. Даже если вы беспокоитесь на мой счет, позвольте хотя бы Хань Гуан Цзюню участвовать в ваших грядущих планах. В конце концов, это его брат».

«…» На лице Лань Ци Жэня отражалась бесконечная усталость. Он повернулся к Лань Ван Цзи. «Иди, если хочешь».

Все остальные тут же обратили взгляды к Цзян Чэну. Из трех глав орденов, обладающих высочайшим положением, Лань Ци Жэнь уже высказался, а мнение Не Хуай Сана в этом вопросе не имело значения, так что теперь все зависело только от Цзян Чэна. Тот стоял в стороне и испытывал духовные силы на Цзы Дянь. Несмотря на то, что свечение становилось то ярким, то темным, сейчас оно, по крайней мере, не исчезало. Фиолетовое сияние отражалось на лице Цзян Чэна, придавая его облику некую таинственность.