Магистр дьявольского культа (ЛП)

Он понимал, что сестра, закрывшая глаза на их пребывание здесь, и брат, который решился открыто помогать, подвергли себя серьезному риску. Как и сказала Вэнь Цин, она не сможет остановить Вэнь Чжао, если тот вознамерится кого-то убить. Не исключено, что и ее саму постигнет наказание. В конце концов, дальние родственники все же никогда не идут в сравнение с ближайшими.

Обездвиженный иглой Цзян Чэн проспал три дня. Кости его срослись, а внешние повреждения исцелились, но след от дисциплинарного кнута, которому суждено остаться на всю жизнь, излечить не удалось. Невозможно было восстановить и разрушенное золотое ядро. Все три дня Вэй У Сянь был погружен в раздумья.

По истечении этого срока он попрощался с Вэнь Нином. Неся Цзян Чэна на спине, он прошел приличное расстояние и решил остановиться в домике лесника.

Он закрыл дверь и вытащил иглу из головы Цзян Чэна, но тот не сразу открыл глаза. Очнувшись, он все равно не двигался. Цзян Чэну было настолько безразлично, что он даже не осмотрелся и не спросил, где они находятся. Он отказывался от воды и ничего не ел, словно желал смерти.

Вэй У Сянь спросил: «Ты в самом деле хочешь умереть?»

Цзян Чэн ответил: «Я не смогу отомстить, будучи живым. Почему бы мне не умереть? Возможно, я смогу превратиться в свирепого призрака».

Вэй У Сянь покачал головой. «С самого детства над тобой проводили успокаивающие душу церемонии. Даже если умрешь, у тебя не получится стать свирепым призраком».

Цзян Чэн спросил: «Если ни живым, ни мертвым я не смогу совершить месть, то какая вообще разница?»

После этих слов он окончательно отказался говорить.

Вэй У Сянь еще какое-то время сидел возле кровати и смотрел на него. А потом, хлопнув ладонями по коленям, встал и занялся делами. С наступлением вечера он, наконец, закончил готовить и, поставив еду на стол, заявил: «Вставай. Пора ужинать».

Цзян Чэн, разумеется, его проигнорировал. Вэй У Сянь уселся за стол и взял палочки. «Если не восстановишь силы, как мы сможем вернуть твое золотое ядро?»

Услышав слова «золотое ядро», Цзян Чэн, наконец, моргнул, и Вэй У Сянь продолжил: «Вот именно. Не сомневайся. Ты правильно расслышал. Я сказал “вернем тебе золотое ядро”».

Губы Цзян Чэна дрогнули, а в горле пересохло. «Тебе известен способ, как это сделать?»

Вэй У Сянь спокойно ответил: «Известен».

А потом развернулся к нему и добавил. «Ты же давно знаешь, что моя мать, Цан Сэ Саньжэнь, была ученицей Бао Шань Саньжэнь?»

То была короткая фраза в несколько слов, но она смогла разжечь огонь в безжизненных глазах Цзян Чэна.