Магистр дьявольского культа (ЛП)

Цзинь Гуан Яо ухмыльнулся: «Хороший наставник у меня перед глазами, но я бы никогда не осмелился потревожить его».

Лань Си Чэнь ответил: «Отчего же не осмелишься? Прошу, садись, молодой господин».

Цзинь Гуан Яо оправил полы одежды и чинно уселся напротив него, притворившись учеником, прилежно внимающим каждому слову учителя: «Наставник Лань, чему вы научите меня?»

Лань Си Чэнь предложил: «Может быть, «Песни очищения»?

Глаза Цзинь Гуан Яо загорелись, но не успел он открыть рта, как Не Мин Цзюе поднял голову: «Брат, «Песнь Очищения» - одна из особых мелодий Ордена Гу Су Лань. Подобному знанию не стоит просачиваться вовне».

Но Лань Си Чэнь, похоже, не заметил его предупреждения. Он улыбнулся: «Песнь Очищения» в отличие от «Песни Истребления» используется для умиротворения и очищения рассудка. Неужели я настолько скуп, чтобы утаивать столь целительную практику? Кроме того, я хочу научить ей нашего третьего брата - разве подобное можно считать «просачиванием вовне»?

Увидев, что Лань Си Чэнь прекрасно понимал, что к чему, Не Мин Цзюе больше ничего не добавил.

***

Как-то раз Не Мин Цзюе вернулся в Нечистую Юдоль и обнаружил в главной зале Не Хуай Сана, стоящего подле дюжины складных вееров, расписанных золотой краской. Все веера лежали в раскрытом состоянии, и Не Хуай Сан любовно поглаживал их, мурлыча себе под нос и сравнивая затейливые надписи на каждом. На лбу Не Мин Цзюе тотчас же проступили вены: «Не Хуай Сан!»

Не Хуай Сан рухнул на колени.

Он и впрямь в ужасе опустился на колени, и лишь поднявшись на ноги, робко пролепетал: «Б… Б… Брат».

Не Мин Цзюе спросил: «Где твоя сабля?»

Не Хуай Сан нерешительно промямлил: «В… В моей комнате. Нет, на площадке для тренировок. Нет, я… надо подумать…»

Вэй У Сянь почувствовал, что Не Мин Цзюе едва ли не возжелал разрубить его на части прямо здесь и прямо сейчас: «Ты повсюду таскаешь с собой дюжину вееров, но и при этом даже не знаешь, где твоя сабля?!»

Не Хуай Сан торопливо выпалил: «Я сейчас же побегу и найду ее!»"

"Не Мин Цзюе ответил: «Нет нужды! Что толку, если ты ее найдешь, – все равно ничему не научишься. Иди и сожги все это!»

Не Хуай Сан побледнел от страха. Он поспешил сгрести веера в руки и взмолился: «Брат, не надо, пожалуйста! Это мои подарки!»

Не Мин Цзюе стукнул ладонью по столу, проделав в нем длинную трещину: «Кто прислал их тебе? Скажи этому человеку немедленно показаться мне на глаза!»

Раздался чей-то голос: «Я».

Цзинь Гуан Яо зашел с улицы. Не Хуай Сан мгновенно просиял, словно узрел своего спасителя: «Брат, а вот и ты!»

В действительности же Цзинь Гуан Яо было не под силу успокоить Не Мин Цзюе.