Магистр дьявольского культа (ЛП)

Лань Си Чэнь также сжал в руке Шуо Юэ: «Прости…»

Но не успел он закончить фразы, как серебристый блеск лезвия неудержимо ринулся вниз, разрубив валун, лежавший неподалеку.

Мэн Яо подпрыгнул от грохота скалы, расколовшейся на части. Скосив глаза, он увидел, что камень рассекли на две равные половины, сверху донизу.

Даже в подобных обстоятельствах сабля не обрушилась на его голову. Ба Ся вернулась в ножны. Не Мин Цзюе ушел прочь, не оглядываясь.

Со смертью Вэнь Жо Ханя оставшиеся адепты Ордена Ци Шань Вэнь пытались продолжать сопротивление, однако их судьба была уже предопределена – поражение стало лишь вопросом времени."

"А бесстрашного смельчака Мэн Яо, все эти годы работавшего под прикрытием в Безночном Городе, слава настигла сразу же после битвы в Ян Гуане.

Вэй У Сяню уже и раньше приходилось изумляться, почему Не Мин Цзюе, поменявший свое отношение к Мэн Яо, с тех пор, как тот оставил Орден Цин Хэ Не, позднее все же побратался с ним. Судя по увиденному, он предположил, что, если исключить Лань Си Чэня, который не терял надежды и постоянно пытался их помирить, главную роль в этом сыграла благодарность за спасение жизни Не Мин Цзюе и посланные письма. Одним словом, в своих прошлых сражениях Не Мин Цзюе в той или иной степени полагался на помощь Мэн Яо и пользовался данными, передаваемыми им через Лань Си Чэня. Кроме того, Не Мин Цзюе по-прежнему считал Цзинь Гуан Яо человеком исключительных способностей и намеревался вернуть его на путь истинный. Но Цзинь Гуан Яо больше не приходился ему подданным, и лишь став его названным братом, Не Мин Цзюе вновь получил право понукать Цзинь Гуан Яо, так же, как он поучал и наставлял своего младшего брата, Не Хуай Сана.

По окончании Аннигиляции Солнца Орден Лань Лин Цзинь устроил грандиозное пиршество, длившееся четыре дня, на которое пригласили бесчисленное множество орденов и заклинателей, призывая всех отметить победу вместе.

Люди туда-сюда сновали по Башне Кои. Не Мин Цзюе с высоты своего роста наблюдал, как толпа делилась у входа на части и кланялась в знак уважения, называя его «Чи Фэн Цзунь». Вэй У Сянь подумал: «Церемониальность подобного взлетает до небес. Все они побаиваются Не Мин Цзюе, но при этом уважают. Меня тоже много кто боялся, но уважали лишь единицы».

Цзинь Гуан Яо стоял у подножия башни. Он уже побратался с Не Мин Цзюе и Лань Си Чэнем, а также оказался принят в отчий клан, поэтому на лбу его красовалась метка цвета киновари. В бело-золотистых одеждах, отороченных золотом, с «Сиянием средь снегов» на груди и черным головным убором отшельника он выглядел абсолютно другим человеком, приобретя новый и свежий облик. Его сообразительность и смышленость, впрочем, остались неизменными, но свободная манера держаться появилась лишь сейчас.