Магистр дьявольского культа (ЛП)

Все указывает на то, что тот человек связан и с Орденом Цин Хэ Не, и с Орденом Гу Су Лань. Боюсь, противник нам достался нелегкий».

Лань Ван Цзи произнес: «Подобных людей не так много».

Вэй У Сянь ответил: «Ага. Значит, истина мало-помалу проясняется. Раз наш неприятель уже начал перемещать части тела, то, выходит, он или они уже волнуются. Наверняка, вскоре они сделают следующий шаг, и даже если мы не станем выслеживать их, они сами примутся нас искать. А высматривая нас повсюду, они, безусловно, наследят еще больше. К тому же, рука нашего дражайшего друга также укажет нам направление… Но сейчас, все же, нам стоит поторопиться. Остались только правая рука да голова. И мы должны оказаться на месте раньше противника».

Мужчины отправились на юго-запад. На этот раз призрачная рука вела их в Шу Дун, место, известное своими безграничными туманами.

В этой провинции находился город, в котором обитали призраки, и никто из обывателей не осмеливался приближаться к нему.

Примечания.

Титул Цзян Чэна. Сань Ду - буддистская фраза-отсылка к корню всего хаоса: алчности, гневу и невежеству; Шеншоу – «мастер, корифей».

Глава 33. Зелень. Часть первая.

Местность Шу Дун изобиловала реками и долинами. В небо рвались высокогорные вершины, под ногами простирались глубокие овраги, а слабый ветерок лишь изредка гулял здесь, поэтому в провинции круглый год  властвовали туманы.

Следуя направлению, указанному левой рукой, мужчины добрались до небольшой деревушки."

"Несколько рядов плетней окружали глинобитные хижины с тростниковыми кровлями. Стадо пестрых кур суетилось во дворе, поклевывая зернышки риса. Крупный, ярко оперенный петух с подрагивающим листовидным гребнем стоял на одной ноге на крыше и важно поглядывал вниз, крутя шеей то влево, то вправо. К счастью, собак здесь никто не держал. Похоже, местные селяне сами могли ухватить лишь пару кусков мяса за весь год, не говоря уже о том, чтобы располагать костями для скармливания псам.

Прямо перед деревней находилась развилка, ведущая в три разных направления. Две из троп  были почти лишены растительности и покрыты несчетным количеством следов: эти пути явно часто использовались. Третья же тропа густо поросла сорняками; покосившийся квадратный знак, сделанный из сланца, торчал у ее обочины. Судя по его состоянию, он уже давно находился под ветром и инеем и натерпелся всяких невзгод: длинная трещина тянулась от основания до самой середины, а сквозь нее проглядывали пожухлые травы.

На знаке виднелись два высеченных иероглифа, вероятно, название местности, к которой вела дорога. Постаравшись, путник мог разглядеть нижний символ, означающий «город», но вот верхний уже состоял из приличного количества черт, имея весьма громоздкое строение.