Безрассудный (ЛП)

— Ты знаешь хоть одного наркодилера, который ездит на шикарной тачке или открыто признаётся, что он гей? И уж тем более того, кто припаркует свой автомобиль за восемьдесят тысяч долларов возле моего трейлера?

Гари не ответил, нахмурившись.

— Так кто он?

Ной пожал плечами, честно говоря, озадаченный этим внезапным допросом. Гари никогда не спрашивал ни об одном перепихоне из его прошлого.

— Просто друг.

— Друг? — насмешливо хмыкнул Гари.

— Да, друг. Как ты и мой отец были друзьями, — категорично заявил Ной.

Гари напрягся, сжимая толстые пальцы на ручке кресла.

— Что это значит?

Ной изо всех сил старался придать своим чертам маску невинности.

— Только то, что вы с моим отцом были друзьями. — Гари изучал Ноя, словно не мог понять, врёт он или нет. Может, стоит немного прощупать почву? Ной вздохнул, изо всех сил стараясь хотя бы выглядеть печальным. — Могу я задать тебе вопрос? О моём отце?

Гари колебался до тех пор, пока это не стало почти неловким, и наконец сказал:

— Да. Конечно, малыш.

— Я много думал о своём отце, и у меня нет ничего из его вещей. Ты знаешь, что случилось с его вещами после его смерти? После того, как я попал в систему? Они что, просто выбросили все?

Мускул щеки дёрнулся у Гари, словно вопрос пронзил его электрическим разрядом. Он прочистил горло, затем фыркнул, проведя рукой по седеющей щетине.

— Кое-какое барахло было мусором и пришлось его выбросить. Большую часть вещей он хранил на складе, но у меня не было ключа или каких-либо прав на них, так что уверен, что их продали с аукциона.

Может, ключ Адама — это ключ от хранилища его отца? Он отложил эту информацию на потом.

— Это отстой. Несправедливо, понимаешь? Мой отец был хорошим человеком, посвятил свою жизнь преподаванию. А у меня нет ничего, чем бы я его запомнил. И чем больше я думаю о том, кто его убил, тем больше злюсь, понимаешь? — Ной вскинул руку вверх в расстроенном жесте. — В одну минуту он был там, в другую — исчез. Но знаешь, что самое странное? Все мои воспоминания о нём просто... исчезли. Как будто он забрал их с собой. Я действительно мало что помню о детстве. Странно, да? Я знаю, что мы с отцом были близки. Разве я не должен помнить больше?

Гари поёрзал в кресле.

— Эх, все справляются с бедой по-разному, понимаешь? Ты с отцом был близок. Он был хорошим парнем. Он действительно любил тебя.

«Ага, даже слишком», — подумал Ной, изо всех сил стараясь сдержать дрожь, которая вот-вот накатит на него.

Гари вспотел, мелкие бисеринки пота выступили на его губах и на лбу. Пот лился градом. Он лгал сквозь пожелтевшие зубы.

— Иногда воспоминания мелькают как вспышки, но я даже не знаю, реальные они или... как... сны. Ты и папа когда-нибудь брали меня на рыбалку?

Ной шёл по тонкому льду.