Безрассудный (ЛП)

Теперь он — твоя ответственность. Надеюсь, твои инстинкты тебя не подвели.

Адам кивнул, включил заднюю передачу и медленно выехал с подъездной дорожки. Теперь, когда он получил благословение отца, на душе стало спокойно. Его братья любили пошуметь, но они никогда не пошли бы против отца. Никогда.

Тем не менее, слова отца глубоко засели в его голове. Ной — его ответственность. Адам не думал, что Ной когда-нибудь предаст его или его семью, но чем сильнее они погружались в прошлое Ноя, тем опаснее оно становилось для него и, соответственно, для всех них. Они должны докопаться до сути подозрений Уэйна Холта в педофилии и добиться для Ноя справедливости, в которой ему отказали.

Но не сегодня. Сегодня Ной ждал его. При мысли о Ное в его постели, таком тёплом и желанном, член Адама дёрнулся. Он был так чертовски хорош. Такой отзывчивый. Может ли он подтолкнуть его дальше? Сильнее? Насколько тёмными были фантазии Ноя? Адаму не терпелось узнать.

ГЛАВА 10

Ной

Ной плохо спал в чужих кроватях. Не имея своего дома, а постоянные переезды из одной приёмной семьи в другую на протяжении многих лет привели к тому, что он постоянно испытывал чувство тревоги и уснуть мог только в своей кровати. Даже если кровать была похожа на облако, а подушки были с правильной поддержкой и простынями дороже, чем его кредитная история. Именно поэтому он наскрёб все до последней копейки на покупку старого трейлера, чтобы никто и никогда больше не смог отобрать у него кровать.

Но он никогда не спал ни в чьей постели, кроме своей. Ной не ходил на свидания, у него не было парней или друзей с привилегиями. Для этого нужно иметь друзей, а их у Ноя тоже нет. Так было проще. Если ты не сближаешься с кем-то, он не может тебя бросить. Так он говорил себе.

Или, по крайней мере, говорил до Адама.

Ной не ожидал, что останется с ночёвкой, даже когда они въехали в гараж Адама. Возможно, это подразумевалось, но Ной был не в себе после их обыска в доме Гари. Он сам виноват. Ной не послушался Адама, который специально просил его не терять бдительность. Он думал, что это безопасно.

Но потом увидел фотографию. Дурацкую грёбаную фотографию Гари и его отца, улыбающихся и счастливых. Он знал, почему они выглядели такими счастливыми, знал, что он был в той хижине. Знал, что с ним будет, когда они вернутся.

Желчь поднялась к горлу, когда воспоминания стали пробиваться из подсознания. С разочарованным рыком Ной мысленно затолкал их обратно, перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку Адама. В нос ударил аромат душистого мыла и дорогого одеколона, вызвав жар во всём теле.

Что он собирался делать с Адамом? С Адамом, который объявил его своим всего через сорок восемь часов, как какой-то пещерный человек.