Безрассудный (ЛП)

— А тебе не приходило в голову, что он тебя сдаст?

Адам насмешливо хмыкнул.

— Что? Нет, не сдаст. Ты чертов параноик.

— Фундамент этой семьи был выкован из тысячи трупов. Конечно, мы параноики. Вот как мы можем делать то, что делаем, — напомнил ему Август.

Адам чувствовал, как его пульс бьётся в жилах. Он едва сдерживал ярость, бушующую в нём, понимая, что у них есть на кого опереться, Аттикус позвонил бы их отцу.

— У Ноя был шанс отомстить. Он приставил пистолет к моей голове. Он хотел убить меня. Когда я показал ему, кто на самом деле его отец, он тут же отступил. Он не хочет нас уничтожить. Ему просто нравится быть со мной. Почему в это так трудно поверить?

— Что он будет чувствовать, когда поймёт, что вся твоя жизнь — обман? Что ты не очаровательная плейбойская супермодель? — вздохнул Аттикус.

— Он знает. Мне не нужно притворяться рядом с ним. Он точно знает, кто я и кем являюсь, и он принимает меня.

Аттикус перевёл взгляд на Августа, энергично жестикулируя Адаму в знаке «сделай с ним что-нибудь».

— Адам, ты подвергаешь всех нас опасности, общаясь с этим мальчиком, — сказал Август, качая головой.

— Аттикус чуть не женился на этой психопатке Кендре, и никто из вас и глазом не моргнул на эту катастрофу, — огрызнулся Адам.

— Она не знала наших секретов, — сказал Арчер со скучающим видом.

Адам чувствовал, как в нём нарастает гнев.

— Именно. Если бы ей представилась такая возможность, она бы использовала её, чтобы выкачать из нашей семьи побольше денег. Она была сущим кошмаром. Ною от нас ничего не нужно. Кроме того, если ты так беспокоишься, что он побежит и расскажет обо всём миру, не разумнее ли держать его рядом, а не отталкивать?

— Адам, ты ведёшь себя как ребёнок, — сказал Аттикус.

Адам бросил взгляд в сторону Аттикуса.

— Почему ты вообще здесь? Разве ты не должен синтезировать белок или выращивать уши на спине крыс или чем ты там занимаешься? Почему тебя вдруг взволновало, кем или чем я занимаюсь?

— Меня это волнует по той же причине, что и всех нас. Есть миллион парней, в которых можно засунуть член — в чём твоя проблема? Опять жаждешь внимания? Тебе что, мало?

Адам бросил нож в сторону Аттикуса, чувствуя некоторое удовлетворение от того, как брат вздрогнул, когда нож вонзился в стену за его головой.

Аттикус выдохнул через нос.

— Вот. Вот об этом я и говорю. Тебе почти тридцать лет. Перестань вести себя как избалованный ребёнок."

"— Мне двадцать семь, и да, я взрослый. Как взрослый, я могу засовывать свой член, в кого захочу, — сказал Адам, подавшись вперёд.

— Так ты трахаешь его? Ребёнка человека, которого ты убил? — спросил Арчер.

— Не говори так. Ему двадцать один.

По-моему.

— Он тебя сдаст, — снова сказал почти лишённым эмоций голосом Август.

— Нет. Не верю. Я следил за ним несколько недель.