Вся правда, вся ложь

Тряс головой и тихонько поскуливал.

— Проверь квартиру, — кивнул мне Сергей Львович.

С некоторой опаской я заглянула в кухню, потом в гостиную и спальню, везде включая свет. Квартира в образцовом порядке, хозяйка отсутствовала, что вызвало вздох облегчения сразу по двум причинам: прежде всего обошлось без трупа, а такой возможности я не исключала, вторая причина: хозяйка, живая и здоровая, нашему вторжению вряд ли бы обрадовалась, и тогда полиции стоило бы опасаться нам. Я вернулась в прихожую, где Берсеньев замер над поверженным врагом, тот елозил на полу, пребывая в размышлении: стоит подняться или лучше дождаться команды.

— Все нормально, — сказала я.

— Конечно, нормально, — вскинулся кожаный. — Ты что творишь, мужик? Кто ты такой, твою мать?

— Оставь маму в покое, — посоветовал Берсеньев и тут же скомандовал: — Встать, руки за голову, лицом к стене.

Кожаный резво вскочил, развернулся к стене, но промолчать не мог и задал риторический вопрос:

— Чего ты хочешь?

На что Берсеньев тут же ответил:

— Смерти твоей, придурок, — перехватил руки кожаного и сцепил их на его затылке. — Дернись хоть раз, и считай, что билет на небеса у тебя уже в кармане.

— Я не понял, вы кто такие… если у Верки проблемы, так я не при делах…

Берсеньев не обращал внимания на его вопли, быстро обыскал кожаного, извлек из кармана куртки пятьдесят тысяч крупными купюрами и сунул их пленнику под нос.

— Откуда наличность?

— Это мое… я зарплату получил…

— Да ты, брат, олигарх… — Во втором кармане оказались две золотые цепочки, серьги и три кольца. — А это ты носишь на память о былых возлюбленных? Звони в полицию… — повернулся ко мне Берсеньев. Я шагнула к телефону, который стоял на тумбочке, а кожаный заволновался:

— Чего сразу в полицию… давай поговорим по-хорошему.

— Ну, если по-хорошему, — дурашливо пропел Берсеньев. — Идем в кухню.

Влача по паркету ножищи в стоптанных ботинках, кожаный направился в кухню, плюхнулся на стул и посмотрел на нас с печалью.

— Тебя как звать-то? — спросил Берсеньев.

— Леха… Алексей…

— Как же ты, Леха, докатился до такой жизни? Пришел в гости в отсутствие хозяйки и тыришь нажитое непосильным трудом.

— Говорю тебе, мое это… и деньги, и золотишко… я ей когда-то подарил, Верка баба моя, вот… считай, полтора года вместе в гражданском браке…

— То есть ты здесь живешь на законном основании? Что-то я не заметил мужских вещей…

Кстати сказать, в шкафу, куда я заглянула, находясь в спальне, мужских вещей действительно не было. В ванной их тоже не обнаружилось.

— Разбежались мы, — вздохнул Леха. — Месяц назад. Я малость запил, вот она меня и погнала.

— Запой еще продолжается, а деньги уже кончились, и ты решил бывшую навестить?

— Ну, решил… что такого… мы уж как-нибудь сами разберемся.