Ложь моего монстра (ЛП)

"

"— Как ты смеешь препятствовать нашей мести этой гнилой семье? — спрашивает она с чрезвычайно аристократическим русским акцентом, так же говорила я до того, как пошла в армию, но должна была от него избавится.

Мои плечи опускаются, так же, как и всегда, когда она меня ругает. Я всегда пыталась добиться бабушкиного одобрения, но никогда не получала его, из-за чего мне не хватает уверенности всякий раз, когда я нахожусь перед ней.

Трость с золотой лентой и вороньей головой в её морщинистой руке была проклятием моего существования. Я, чаще всего, ощущала эту трость на своём теле, когда росла.

Иногда достаточно даже того, что она просто постукивает ею по земле, чтобы я начинала нервничать и бояться.

Я дважды сглатываю, прежде чем могу заговорить.

— Кирилл не имеет никакого отношения к нашей мести.

Трость со свистом взмывает в воздух, прежде чем врезаться мне в бок, я вздрагиваю, но не отступаю.

— Так ты теперь переходишь на другую сторону?

— Нет. Но я никому не позволю убить его.

— Ты так защищаешь его! Интересно, как он отреагирует, если узнает, что ты Иванова, — она высокомерно «задирает нос» кверху. — Он и его отец сделали все, что было в их силах, чтобы уничтожить нас. Ты думаешь он легкомысленно отнесётся к выжившим и тому, что они знают?

— Он не такой, — и я уверена в том, что говорю. Кирилл может быть безжалостным, но он заботится о Карине и Анне. Он не причинил бы вреда детям, независимо от цели или ситуации.

— Саша, — начинает мой дядя. — Ты отрицаешь очевидные вещи, и это будет угрозой не только для твоей жизни, но и для нашей. Мне нужно убить Кирилла, пока он один и беззащитен. У нас больше никогда не будет такого шанса, как этот.

— Нет, — слово выходит слишком грубым и гортанным, и определённо не так, как я обычно разговариваю с двумя самыми уважаемыми членами моей семьи.

— Что ты только что сказала? — недоверчиво спрашивает бабушка.

— Я сказала «нет». У вас нет доказательств. Кроме того, дядя, разве ты не говорил, что тот, кто заказал убийство, был высокопоставленным военным? Разве я не для того поступила на службу, чтобы найти его?

— Тот, кто выполнил заказ, был военным, — говорит дядя. — В то время я не знал его имени, но после смерти Романа я узнал из надёжных источников, что им был генерал Абрам Кузьмин. Но вот в чем дело. Прежде чем я смог добраться до него, он был найден таинственно убитым на улицах Москвы вскоре после того, как Кирилл стал главой семьи Морозовых. Как ты думаешь, это совпадение, что единственный свидетель деяний Романа был убит после его смерти? Единственный, кто мог заказать это убийство – Кирилл. У Романа нет причин скрывать информацию, если он сам мёртв. Однако его сын делает все возможное, чтобы замести следы.