Ложь моего монстра (ЛП)

Тусклое освещение комнаты делает его похожим на дьявола, выскользнувшего из ада.

Одну руку он держит в кармане, а в другой сжимает стакан виски. На его нижней губе порез, точь-в-точь такой же, как и у меня, после того как мы воевали прошлой ночью.

Несмотря на то, что он в очках, его глаза пронзают меня насквозь, и мне требуется вся моя сила воли, чтобы смотреть в ответ, не чувствуя необходимости убежать.

— Я хочу уволиться, — говорю я на удивление ровным голосом.

Жестокая ухмылка появляется на его губах.

— Ты можешь уволиться, но ты не можешь уйти.

— Я ухожу отсюда. Мне все равно, согласен ты или нет.

— Я смотрю ты уже собрала вещи и, вероятно, веришь в то, что говоришь, — он делает шаг ко мне, и мои ноги дрожат, требуя, чтобы я отступила, но слишком поздно, когда он останавливается передо мной и приподнимает мой подбородок двумя пальцами. — Я говорил тебе это прошлой ночью, но повторю ещё раз, если ты была слишком пьяна, чтобы помнить. Ты никогда не сможешь оставить меня. Такого варианта нет ни на столе, ни под столом, ни даже в этой чёртовой комнате, его просто не существует.

Я позволяю спортивной сумке упасть на пол и отбрасываю его руку.

— Не прикасайся ко мне.

Он пытается ухватить меня за горло, но я отскакиваю от него. Мои глаза, должно быть, пылают вулканическим гневом.

— Саша... — предупреждает он.

— Не называй меня Сашей. Теперь у тебя есть Кристина, не так ли? Иди к ней, чтобы удовлетворить свои извращённые фетиши.

— Если ты продолжишь так себя вести, я это сделаю.

Мои рот открывается.

— Тебе это не нравится, не так ли? На твоём лице читается ужас, при мысли о том, что я прикоснусь к ней. Так что перестань быть такой сложной и прими факт, что она ничего не значит. Абсолютно. Ничего.

Я несколько раз качаю головой. Чувствую, как эмоции проносятся сквозь меня, и борьба медленно покидает моё тело. Я не хочу чувствовать себя так, но не получается.

— Я не могу видеть, тебя с ней. Даже если ты скажешь, что она ничего не значит, она все же будет твоей женой, а я не могу пройти через это. Не заставляй меня, Кирилл, — я подхожу к нему и беру его руку в свою дрожащую. — Если я когда-либо что-то значила для тебя, избавь меня от этой пытки и отпусти меня.

Он сжимает челюсть, а его рука в моей, становится жёсткой и тяжёлой.

— Нет.

У меня покалывает в носу, а глаза горят, но я резко отпускаю его.

— Я все равно уйду.

Я хватаю свою спортивную сумку, но Кирилл вырывает её из моих рук и швыряет в стену. Затем он хватает меня за бедро. Я замираю на секунду, все ещё не в силах помешать своему разуму и телу реагировать на его прикосновения.

Когда я, наконец, прихожу в себя, он уже отпускает меня, но не раньше, чем вытаскивает мой пистолет из кобуры и засовывает его сзади за ремень своих брюк.