Коварная ложь

Мимо очередного города мы пронеслись в тишине на головокружительной скорости, из-за которой нас должны были остановить.

– Я могу его починить, – тихо предложила я. – Я как-то разбила экран, и у меня не было денег на новый, так что я научилась. Даже заработала несколько баксов, ремонтируя телефоны студентов. Я могу починить. Ты мне доверяешь?

Он ничего не ответил. Мы продолжили ехать, пока машин на дороге не стало меньше. С каждой милей моя надежда таяла.

– Можешь его починить, – наконец сказал он.

Указательным пальцем я написала на бедре «мераки», радуясь тому, что я с ним. Пять миль Нэш проехал в молчании. Мы выехали на длинный участок шоссе, пустой из-за праздника. Еще через пять миль он съехал на обочину.

Я уставилась на уровень бензина, невольно задаваясь вопросом, станет ли то, что я застряла на дороге, уважительной причиной пропустить поздний завтрак Вирджинии и игру в гольф.

– У нас кончился бензин?

Он вынул ключи из замка зажигания и внимательно посмотрел на меня.

– Я задаю свои три вопроса в безлюдном месте, чтобы ты не могла от них отвертеться. Если ты хочешь попасть в Истридж, ты ответишь на них. Если нет, мы тут же повернем обратно.

– Вопрос номер один: откуда ты знаешь Брендона Ву?

– А откуда ты знаешь Брендона Ву? – ответила я вопросом на вопрос, совершенно ошеломленная.

Брендон и Нэш знали друг друга? Неужели Комиссия хотела достать моего отца через Нэша? Преданность бурлила во мне, сжигая вены. Мерцали неконтролируемые угольки.

Ты должна ненавидеть своего отца, Эм.

– Ответь на вопрос, – пальцы Нэша крепче впились в руль, – такова сделка.

– Он появился на маскараде. Я понятия не имела, кто он. Затем он показался в палаточном городке и дал мне свою визитку. – Я помедлила, моля о том, чтобы Нэш не сделал неправильных выводов. – Я вспомнила, что видела его в тот день, когда в мой дом пришли ФБР и Комиссия. Мы стояли перед коттеджем. Он спросил, кто там живет, и заставил меня назвать ваши имена.

Я откинула волосы с лица, чтобы занять чем-то руки.

– Я назвала, но также сказала, что вы не имеете отношения к делам моего отца. Теперь он продолжает появляться… Я думаю, он хочет использовать меня, чтобы добраться до папы. Я не уверена.

– Так он преследует тебя?

– Преследует? – Я чуть пожала плечом. – Он агент. Можно ли считать это преследованием, если он делает это на законных основаниях?

– Это, мать его, преследование. – Мышцы его шеи напряглись, он поджал губы, но продолжил: – Вопрос номер два: ты знала о растратах?

Моя голова дернулась, как от удара хлыстом.

– Нет. Абсолютно нет. – Моя рука взлетела к груди, пальцы впились в футболку. – Не знаю, пошла бы я к влас тям, если бы знала, но я сказала бы Бетти и Хэнку. Они все вложили в компанию. Я не знала.