Хрустальная ловушка

И все, о чем рассказала Запесоцкая, приняло угрожающе реальные очертания.

Почти все фигуры были истыканы чем-то острым и безнадежно испорчены. Особенно досталось «Вечной весне» — Запесоцкая не соврала. Головы влюбленных, безжалостно снесенные, валялись тут же. Звягинцев даже поежился от такого удручающего зрелища.

— Теперь вы видите? — спросила Запесоцкая торжествующим тоном.

Больше всего Звягинцева поразила та сила, а скорее — остервенение, — с которой наносились удары по беспомощному льду. Он пошарил глазами и почти сразу же обнаружил орудие вандалки — самую обыкновенную лыжную палку: теперь понятно, почему лед кажется истыканным.

— Эта? — коротко спросил он у Запесоцкой, кивнув на палку.

— Да… Чем-то похожим она орудовала. Я не могла разглядеть… А когда она сбила с меня очки…

— Скажите спасибо, что не проткнула насквозь.

— А могла? — В голосе Запесоцкой послышался запоздалый страх.

— Не знаю, — честно признался Звягинцев.

От этих буйно помешанных с короткими периодами ремиссии всего можно ожидать. В милицейской практике Звягинцева встречались типы с теми или иными психическими отклонениями: в основном это была белая горячка, или «белочка», верная спутница поножовщины и самой жестокой бытовухи. Но с таким изысканным помешательством он сталкивался впервые.

Прихватив с собой палку, Звягинцев в сопровождении пострадавшей Запесоцкой отправился к Красинским.

…Всю дорогу до коттеджа они молчали.

Звягинцев думал о том, что необходимость разговора с Запесоцкой отпала сама собой. Теперь все ее показания о таинственном горнолыжнике с непокрытой головой не имеют никакого значения. А его собственный карманный генерал-майор должен быть понижен в звании до старшего лейтенанта и занять скромную должность участкового.

Несколько раз полуслепая Запесоцкая споткнулась на ровном месте, но от галантно протянутой руки Звягинцева отказалась наотрез.

— Сколько вы получаете? — неожиданно спросила Запесоцкая.

— Вам предоставить декларацию о доходах?

— Не стоит. Просто… Если уж вы занимаете такое положение, могли бы выглядеть поприличнее. Невозможно доверять такой, с позволения сказать, шляпе.

Звягинцев шмыгнул носом, но ничего не ответил: чувства оскорбленной и подвергшейся унизительному нападению женщины были ему понятны.

Они взобрались по обледеневшим ступенькам и остановились перед закрытой дверью.

— Ну, стучите, — скомандовала Запесоцкая, — стучите. Я хочу посмотреть в глаза этой мелкой хулиганке. Надеюсь, я смогу ее разглядеть.

В коттедже Красинских, несмотря на глубокую ночь, горел свет, и это придало Звягинцеву уверенности. Он несколько раз громыхнул кулаком.