Ловушка для дураков

Голых баб он, что ли, не видел? Спину, плечи, маленькую попку девчонки сплошь покрывали рубцы. Какие-то раны затянулись, но большинство из них были совсем недавние, глубокие и плохо заживающие. Он увидел круглые следы от сигарет.

— Люда, кто тебя так?!

Она пятилась от него в небольшой ванной, пока не уперлась спиной в раковину. На маленьких изящных грудях виднелись следы огромных поблекших синяков.

— Кто?!.. — заорал Вадим, не в силах смотреть на все это.

— С-сусанна, — выдавила из себя Людка.

Больше он не смог от нее ничего добиться.

Он торопился на встречу с Гребнем. Поступила свежая информация. Забрезжил тонюсенький след дяди Мирзояна.

У Вадима после того, как он увидел искалеченную спину девчонки, эта чудовищная картина продолжала стоять перед глазами.

Наверное, у него было такое выражение лица, что даже молчаливый Гребень, удивился:

— У тебя что-то случилось?

Гребень пожал плечами, ну, как хочешь. Я спросил, ты не ответил.

День был опять пустой.

Ашот Мирзоян ни в поселке, ни в больнице, где работал, тоже не объявлялся. Ни слуху, ни духу, уехал, как в воду канул. Сидельников два часа потратил на телефонные разговоры с Ярославской областью. Старуха, вызванная на переговорный пункт, у которой армянин снимал комнату, ничего не знала про своего постояльца.

— Помню, помню, милок, как появится, тебе сразу позвоню, божилась старуха. — Деньги заплатил, чего же не позвонить. Мне чужого не надо.

К вечеру, вымотавшись от бесполезных поисков, — они прочесали уже значительную часть ближнего Подмосковья, — Вадим неожиданно предложил:

— Слушай, Саша, давай водки дернем?

— Ты же у нас не пьющий, — удивился Гребень.

— Верно, не пью, — согласился Сидельников, а сегодня надо. Поехали ко мне, паскудно на душе.

По дороге Вадим рассказал Гребню Людкину историю. Все, что знал сам.

— Ни хрена себе!.. А кто эта Сусанна?

— Не говорит. Чувствую, такое дело, мне самому не справится. На улицу она носа показать боится. До смерти напугана.

— Испугаешься, если били до рубцов и кожу сигаретами жгли. Я мужик, зону прошел, и то не по себе стало.

— Поговори с ней, а? Может, тебе она что расскажет.

— Ага, как спать с ней, так ты, а…

— Я до нее пальцем не дотронулся. — Вадим резко запормозил. Знаешь что…

— Ладно, не ерепенься. Слово сказать нельзя. Поехали, время идет.

— Может, не сегодня, в другой раз разговорится. Такое впечатление, что она меня стесняется. Ей-Богу, помочь хочу. Жалко ее.

Откровения Вадима подействовали на Гребня странным образом. Ишь ты, общего языка с девчонкой найти не может, со всеми дамочками запросто, а с этой нет.

Он вздохнул. До обаятельного и респектабельного напарника ему было далеко, как до луны. Ну, ладно, просит человек по-хорошему, надо, так надо, посмотрим, что за цаца такая.