Ловушка для Ти(г)рана (СИ)

И что ты хочешь узнать?

— Почему ты не собираешься говорить Михаилу о беременности?

— Потому что ребенок не от него. Он… Он твой, Тигран.

Глава 42. Тигран

Отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие.

Мозгоправы выделяют эти пять пунктов принятия горя. Для любой отрасли, не разделяя и не копая глубже. Когда я заметил первые симптомы, как у отца, то нахрен послал все советы.

У меня было всего две стадии. Пиздец как злился, крушил и бухал, жестко. А потом кивнул своему отражению, выбрал поглаженную рубашку из шкафа и поехал дальше работать.

Умираю так умираю.

Надо что-то решать, не проблема.

Я. Умру.

Это мысль просто засела в голове, пустила корни, прижилась, как родная. Объяснять всё Катрин было просто — это ведь Катрин, она мне никто. Фиктивная жена и помощница, потому что не хотел делиться наследством.

Алан бы подстрахвал, Катрин продолжила дело.

Мне хотелось оставить после себя след, хоть фирмой. Моё дитя и наследство, всё, что оставалось.

Теперь у меня есть Лана. Мышка, которая стреляет взглядами и поправляет светлые волосы. Мышиного цвета, русые такие. Красивая, пиздец. Не могу никогда взгляда отвести. Когда злится, улыбается, плачет.

И тоже проходит стадии принятия. Отрицает, говорит мне, что не болен. Не верит, мышка моя.

А потом рубит фразу, от которой горечь во рту собирается.

— Ребенок не от него. Он… Он твой, Тигран.

В ушах звенит, словно кто-то ударил по затылку. Вырубил, выбросил в другой мир. Смотрю ошалело на Лану, пытаюсь понять, что за бред она несёт, как так может говорить.

— О чём ты? — сжимаю плечи девчонки, встряхиваю. — О чём ты, мать твою? Лана, ты сделала аборт.

— Я… Нет. Не делала. Я не делала аборт, Тигран. Я просто…

— Я видел бумагу. Ты мне её в лицо швырнула.

Всё рушилось тогда, и теперь. Потому что я повел себя как мудак, ничего не мог рассказать, просто выпроводил молодую девчонку на аборт. Так должно было всё решится, легко.

А сейчас…

Я нихрена не понимаю, о чём она говорит. Мышка не может быть беременной от меня. Это ведь… Это бред, ересь. Она столько времени лгала и притворялась? Нет.

Просто — нет.

Не согласен.

— Это была поддельная справка, из интернета. Просто чтобы ты отстал от меня. А ещё я думала, что тебе будет больно. Ты пожалеешь о таком решении, попросишь прощения. И… Господи, я бы тебя простила сразу. А потом узнала, что у тебя жена… И ненавижу себя за то, что тоже готова была простить. Вот ты приходишь ко мне, падаешь на колени и просишь прощения."

"Лана жмурится, кусает влажные от слёз губы. Она плачет, а мне нечего ей сказать. Слова жгут изнутри, разъедают изжогой, горьким вкусом пепла на губах. А мне нет ни единого оправдания.

Только смотреть на девушку в темноте, едва заметные контуры её лица. Но, почему-то, четко вижу, как дрожат длинные ресницы.