Ловушка для стервы

Сейчас, стоя здесь и разговаривая с Богом, я думаю о том, как хрупка и скоротечна человеческая жизнь. Мы строим планы, мечтаем, боимся, страдаем, но все это может оборваться в один момент. И я вдруг понимаю, что возможно своими страхами только отнимаю у себя время, которым могла в полной мере наслаждаться с любимым мужчиной. Да. Я впервые в мыслях назвала его любимым. Потому что сегодня, глядя на Костю и Егора, я поняла, что такой человек не может предать. Он верный. Да, друг это другое, но верность у человека в крови. Сейчас я начинаю ему по-настоящему верить. Я прошу Бога помочь мне отпустить свои страхи, помочь справиться с собой и избежать разочарования. Слезы текут по щекам. Я вытираю их и заканчиваю молитву. В конце я ставлю свечки за упокой родителей. Еще раз прошу прощения у отца. Вспоминаю маму. Она ушла три года назад, внезапно и тихо. Просто не проснулась однажды. Это был тяжелый удар для меня, до сих пор эта потеря отдается болью.

Выхожу из храма, иду к машине. На душе немного легче. Так всегда бывает, как будто часть своей боли получается отдать Богу.

Уже дома поздно вечером мы лежим вместе в постели. Наверное, впервые за все время просто лежим, обнявшись, для страсти нет ни сил, ни желания. Каждый в своих мыслях.

Наконец, решаюсь задать волнующий меня вопрос:

— Почему ты так боишься за Егора? Это тяжело пережить, но все же.

— Потому что я его уже вытаскивал с того света, больше не хочу, — горько говорит Костя. Я вопросительно смотрю на него, он продолжает, — помнишь, я тебе говорил, что Егор однолюб. Это чистая правда. Он очень любил свою жену. Она умерла десять лет назад.

— Что с ней случилось?"

"— Рак. Она долго болела. Он очень тяжело переживал ее смерть. Сначала беспробудно пил. Первое время, когда начал, я думал, даже хорошо. Надеялся, его отпустит. Но нет. Он упивался в усмерть, но легче ему не становилось. Егор несколько раз пытался покончить с собой. И однажды, когда я не уследил за ним, у него это почти получилось. Он нашел где-то упаковку сильных таблеток и запил их бутылкой водки. Его тогда еле спасли. Если бы я пришел на полчаса позже, его бы уже не было. Он меня даже ненавидел сначала за то, что я его спас, — вот это да. Такого я не знала. Это многое объясняет.

— И как ты его вернул к жизни? — спрашиваю я.

— Я не вернул. Он сам в какой-то момент ухватился за идею помогать больным раком. Познакомился в больнице с одной больной девочкой и решил ей помочь. Так все началось. Мы начали развивать бизнес, а Егор еще и благотворительность. Все силы бросали туда. Ты ведь знаешь, что Егор владеет фондом, помогающим больным раком?

— Если честно, что-то слышала, но значения не придала.

— Да. Сейчас еще мы достраиваем большой медицинский центр. Туда вложено много сил.