Ловушка для стервы

Силы покидают, дрожь охватывает все тело, сажусь под дерево, сворачиваюсь в клубок и тихо рыдаю. Долго так сижу, уже не чувствую ни рук, ни ног. Меня клонит в сон. Знаю, что засыпать нельзя. Понимаю, что это значит, но бороться уже не могу и не хочу. Покорно закрываю глаза, представляя другой лес. Тот теплый, приветливый, на берегу реки, где мы с Костей отдыхали когда-то. Представляю его руки, его поцелуи. Слышу его ласковое “Наташа, Наташенька”, вижу его прекрасное лицо, его любимые глаза. Тяну к нему руки, но никак не могу дотронуться.?

— Люблю тебя! — хочу крикнуть, но получается только шептать. Силы покидают меня окончательно, и я проваливаюсь в темноту.

Глава 30

Костя

В баре я заливаю свою злость виски, только оно не берет меня. Опрокинув в себя не помню сколько стаканов, легче не становится. В голове так и звучат слова этого мудака. Затуманенный алкоголем мозг подкидывает пошлые картинки с участием Наташи и этого гандона. Не знаю, сколько времени я так сижу, пока не понимаю, что меня все бесят. Несколько раз подходят девки, чтобы познакомится, предлагают расслабиться и забыться, я их всех посылаю. Понимаю, что не хочу никого видеть, а напиться дальше я могу и дома. Выхожу из бара, сажусь в такси. Уже в квартире понимаю, что у меня нет крепкого алкоголя. Как так? Всегда же было. Хотя вспоминаю, что хотел пополнить запасы, но забыл. Чёрт. Идти в магазин не хочется. Вспоминаю про водителя, который живет неподалеку. Да. Время позднее, но что делать. Придется ему оказать огромную услугу начальнику и сбегать для него за пойлом. Нахожу телефон. Включаю. Вижу сообщение от гандона-Стаса. Уже чувствую, что это ж*па, но когда открываю, чуть не роняю телефон. Наташа. Моя Наташа. В объятиях этого ублюдка. Вижу его руки на ее нежной коже. Что это? Это вот так она решила? Побежала к нему, не успел я за порог выйти? Падаю без сил на диван. Телефон все же роняю на пол. Сам сползаю туда же. Появляется желание вообще провалиться куда-нибудь, только бы не видеть этого и не чувствовать. Почему-то в памяти всплывает бывшая жена, ее слова любви, а потом как она с упоением трахалась с любовником. Боже. Неужели Наташа такая же? Я ведь тогда уже понял, что все бабы — бляди. Почему поверил этой рыжей обманщице? В душу пустил, а она вот так!

Черная дымка заволакивает разум, внутри месиво из страшных чувств. Убью, тварь. Хорошо, что далеко сейчас. Увижу, удавлю. Потом сяду, но мне все равно уже. Не смогу простить. Не смогу знать, что она с этим мудаком спит, улыбается ему. Как могут в ней уживаться такие разные личности? Вспоминаю ее в церкви, вспоминаю ее лицо, раскрасневшееся после секса, ее ясные любимые глаза. Как они могли так лгать? Закрываю глаза, сжимаю кулаками виски.