Ловушка для радуги

 — Только если дед не дозвонился… — он ожидаемо увидел красный сигнал, — то и мы вряд ли сумеем. Ржа! — Мужчина нахмурился. — Если рыжий сейчас залетит в рейд… причем без меня… — Он нахмурился еще сильнее.

— Запеленговать этого бегуна можно? — спросила Валерия, по связи уловив весь спектр чувств своего Оружия.

— Запелен… что? А! Понял. Это идея, — обрадовался Эмеичи и минуты полторы сосредоточенно колдовал над браслетом. Бормотал что-то нецензурное себе под нос, прикусывал губу, досадливо морщился. Валерия смирно стояла рядом и с чисто медицинским интересом прислушивалась к себе, соотнося те эмоции, что она чувствовала через связь, с его чуть заметными гримасами.

— Ахм… неожиданно, — в очередной раз приподнял брови Ксан. — Хотя… Ладно, главное, не бар. Я сейчас схожу и приведу этого гуляку.

— Ке-е-екс! — Именно этот момент выбрала розовая проблема на кровати, чтобы опять начать ворочаться и хныкать. — Ке-е-екс…

Оба ее невольных сторожа аж подпрыгнули, потому что в пылу розысков рыжего почти забыли об этом приложении к проблемам.

— Так и заикой можно остаться, — вздохнул Ксан, оставляя браслет в руках Валерии и направляясь к кровати. — Уже съела. Угу. Такими темпами корзинки надолго не хватит, и…

Что «и», он досказать не успел, потому что именно в этот момент хнычущее тело учуяло новую печеньку у него в руке и совершило бросок кобры. Иначе это движение Валерия не могла охарактеризовать.

— Ке-е-екс, посиди со мной, — промурлыкало розовое и хищное несчастье прямо в живот совершенно дезориентированному Эмеичи, которого почти уронило в постель, когда «бабушка» вцепилась в его руку со сладостью и потянула на себя. Печенька оказалась у Зефирки во рту, а Ксанова рука — у нее под щекой, причем хватку она не ослабила, вынуждая Эмеичи склониться над кроватью в весьма неудобной позе."

"— Ну, внешне ты на него действительно немного похож, габариты почти соответствуют, цвет, опять же, черный, — задумчиво констатировала Валерия, обходя композицию и оценивающе ее рассматривая. — Лучше сядь, неудобно так стоять. А может, она родственную кровь чует или скверну? Или что у вас тут?

— Ржу она чует, — со сдавленной обреченностью еле слышно прошептал Ксан и даже не сел, а прилег рядом с цепкой бабушкой. — И что теперь?

— Да ничего. — Валерия пожала плечами. — Если сейчас начнешь вырываться, гарантированно разбудишь. Так что у нас два выхода: смириться и ждать, может, Баад или дедушка сами вернутся, или мне идти по пеленгу и тащить твоего напарника за рыжие дреды. На заклание.

— Ке-е-екс, — промурлыкала розововолосая и потерлась носом о руку Ксандра, заставив того вздрогнуть и обреченно моргнуть.

— Поставь корзинку поближе, пожалуйста.