Ловушка для принцессы

После чего мне был задан идиотский вопрос:

— Ты что здесь делаешь?

Вопрос был в высшей степени лишенным смысла, но вот два палача, что как раз таки мило «просили» графа быть поразговорчивее, почему-то мгновенно на меня посмотрели, причем с осуждением. И Свейтис, который вел протокол допроса, тоже.

— Так, — я нервно сцепила пальцы, — к чему вопрос?

Динар продолжал смотреть исключительно на меня, а затем на далларийском приказал:

— Встань! И чтобы я больше тебя в пыточных не видел!

Никто из присутствующих, конечно, ничего не понял, но оно и не требовалось — сам факт того, что кто-то смеет приказывать мне, наследнице Оитлона, уже был вопиющим, так сказать. Я встала, обошла и стол, и висящего на дыбе графа, после чего, подойдя вплотную к Динару, на далларийском же ответила:

— Не смей мне указывать!

Он и не стал. Схватил за запястье, причем за то самое, которое от хватки кесаря пострадало, и, пока я сжимала зубы, чтобы не заорать, выволок в мрачный переход между камерами, огляделся, резво прошел вперед и втолкнул меня в пустую допросную, да еще и двери закрыл! Ха-ха, я порталы строить умею!

— Нам стоит поговорить, — начал рыжий.

Я стояла и молча растирала запястье, на котором те синяки, что кесарь оставил, только сходить начали.

— Что? — не понял Динар.

— Больно, — призналась я.

Движение — и в помещении вспыхнули факелы. Не утруждая себя расстегиванием пуговиц, Динар разорвал рукав и ошеломленно уставился на отметины.

— Кат, — простонал даллариец, — это не я…

— Конечно, не ты, — я вырвала руку и опять начала поглаживать, стремясь унять боль, — но ты схватил за то же место.

Айсир Грахсовен перестал смотреть на мою руку и взглянул на меня.

— Красавчик? — последовал его вопрос.

— Наемники могут шутить, и шутки порой бывают обидны, но ни один и пальцем не прикоснется к принцессе Оитлона. — Я рассмеялась, вспомнив, что как раз Красавчик к одной принцессе не только прикасался. — Динар, чего ты хочешь? У меня на сегодня еще работы край непочатый, плюс отец эту проблему с Мрано скинул на мои хрупкие плечи, у меня нет времени на разговоры, честно.

Рыжий скрестил руки на груди и ледяным тоном спросил:

— Откуда синяки?

— Поверь, претензий к человеку, их оставившему, у меня нет и никогда не будет, — честно ответила я.

Не отреагировав на сказанное мной, Динар прошел к имевшемуся здесь столу, присел на край и продолжил допрос:

— Что у тебя с Аршханом?

Я прошла и села рядом с рыжим, устало сгорбившись, и честно ответила:

— Вождь Та Шерр сказал интересные слова: «Пройдет время, и ты перестанешь злиться. Аршхан любит тебя, ты лишь женщина и не в силах сопротивляться магии тела. Влечение к ракарду станет любовью.