Ловушка для артефактора

— А что же её дневник? — изумился мастер. — Разве там нет записей о ходе её работы?

— В дневнике?

— Она скрупулезно записывала все свои эксперименты, а учитывая её страсть к артефакторике, таких тетрадей у неё было около десятка.

— Я ничего не знала об этом, но обязательно спрошу у дяди Алека, — произнесла я задумчиво, — возможно, они у него хранятся.

И, может быть, именно там я найду ответы на свои вопросы.

Разговор сам собой прервался. Мне хотелось узнать о родителях как можно больше, но пришлось отложить свои расспросы на потом. Весь вид господина Валленштайна говорил о том, что он переживает утрату своей ученицы, с которой потерял связь много лет назад. И беспокоить его не стоит."

"У таверны мы остановились ближе к вечеру, но задерживаться там не стали. Заказали полную корзину продуктов и продолжили путь. Поев, я стянула сапоги, чтобы забраться на сиденье с ногами, и, укрывшись вытащенной из сумки шалью, привалилась спиной к мягкой стенке кареты, чтобы забыться тревожным сном до самого утра.

6. О том, как планы изменились

С рассветом мы въехали в торговый город, где жизнь бурлила и кипела, казалось, круглосуточно. Сюда стекались торговцы со всего королевства, чтобы обменяться товарами, узнать о новинках, встретиться с поставщиками. Идеальное место, где можно найти все что угодно на любой вкус и кошелек.

И именно в этом городе были расположены почти все гильдии.

Выпрыгивая из кареты, я поморщилась. Какой бы комфортабельной она ни была, ездить на дальние расстояния в ней было тяжело. От долгого сидения в одной позе ноги затекли и казались чужими, всё тело словно пронзали миллионы острых иголочек. Очень хотелось размяться, хотя бы сделать элементарную зарядку, не говоря уже о полном разминочном комплексе, выполнения которого от нас каждое утро требовал физрук.

— Идём, — коротко обронил мастер, расплатившись с извозчиком, и направился в противоположную сторону от гильдии. — Там пока никого нет, рано ещё. А нам не мешало бы привести себя в порядок перед визитом.

Миновав буквально пару кварталов, мы свернули за угол и очутились перед заведением с вывеской «Две похлебки», уж не знаю, как насчет двух, но от одной я бы точно не отказалась.

В животе предательски заурчало. Продолжая питаться раз в день, я скоро стану напоминать поднятое пособие Таси — скелет обыкновенный.

Сама таверна оказалась чистенькой. Интерьер небогатый, но по-домашнему уютный. Внутри тихо, даже первые постояльцы ещё не встали. А вот хозяйка — пышнотелая женщина лет пятидесяти — уже была на ногах и вовсю суетилась за стойкой. С первого взгляда узнав мастера Валленштайна, она душевно с ним поздоровалась, с интересом глянув в мою сторону.