Ловушка для дураков

То, что он увидел, пригвоздило его к месту. Кольца, броши, серьги, какие-то затейливые украшения, применения которых он не знал, монеты, много золотых монет с двухглавым царским орлом, еще какие-то блестящие кругляшки с нерусскими надписями, и опять: кольца, кольца с искрящимися камнями. В неярком свете мигающей свечи драгоценности, схороненные Крестом, будто ожили: они заманчиво блестели, завораживали волшебной игрой своих чудесных камней, слепили глаза, дурманили разум.

Леха понял, что к нему в руки попали огромные ценности, стоимость которых не всякий знаток определит. Даже ему, неискушенному молодому вору, стало ясно, что вещи эти, в основном, старинные, он уже научился на глаз определять работу современных мастеров.

В углу раздался шорох, и Леха быстро оглянулся. На него смотрели два круглых умных глаза. Крыса! Она, словно изучая нового хозяина, стояла на задних лапках, опираясь на длинный мерзкий хвост, и нагло ухмылялась.

Леха швырнул в нее лопатой, и пакостная тварь метнулась к своей норе.

Леха захлопнул крышку ларца с драгоценностями. В голове, когда он не видел всего этого добра, прояснилось.

Не раздумывая ни минуты, он опустил сундучок в прежний тайник и так же тщательно, как и бывший владелец сокровищ, заровнял место, затоптал его ногами. Потом закатил туда бочку. Пусть все останется, как было. До поры, до времени.

Блестящий черный «Мерседес-600» свернул с оживленной столичной магистрали и через пятнадцать минут, петляя по переулкам, въехал на тихую улицу, посредине которой тянулся уютный, заросший старыми деревьями сквер, густо усыпанный осенней листвой.

Машина плавно затормозила возле двухэтажного отреставрированного — времен сталинского классицизма — особняка, выкрашенного в приятный для глаза нежно-бирюзовый цвет. Особую величественность зданию придавали четыре круглые колонны у главного входа. Два боковых подъезда украшали колонны поменьше.

Раньше, до 1961-го года, здесь располагался один из подмосковных райкомов партии, и в особняке, окруженном небольшим садом с фруктовыми и декоративными деревьями, решались жизненно важные для района вопросы. Потом, после строительства окружной дороги, эта территория отошла к Москве, и здание, покинутое партийными вождями, пошло, что называется, по рукам.

Кто только ни зарился на просторные партийные аппартаменты! Сначала — пионерские кружки, потом — объединение то ли каких-то умельцев, то ли жуликов. Были и другие владельцы, но никто не приживался здесь надолго. И в конце концов здание оказалось бесхозным и никому не нужным.

Чтобы отреставрировать или хотя бы привести в божеский вид нежно-бирюзовый облупленный особняк и приспособить его для новых нужд, требовались большие деньги.